Наезд заместителя по службе был изначально напрасным и абсолютно беспредельным. И все это понимали. Но никого из здесь присутствующих, кроме меня, это не покоробило. Руководящий состав действительно смотрел на меня, как на пойманного за руку поджигателя. И это еще при том, что эти самые присутствующие не знают, насколько они правы в своей неправоте. А раз не знают, значит, презумпция на моей стороне, а они стопроцентные клеветники! Но, если бы в нынешнюю пору уже стояли повсюду камеры?! От таких мыслей плечи передернулись сами по себе, но потом я сразу же успокоился. Не полез бы я тогда на ту клятую трубу за окном, только и всего. Что-то я опять туплю. От недосыпа, наверное. Подремать мне сегодня не пришлось совсем, даже несмотря на спокойные ночные часы. Кабинет и, самое главное, раскладушка, были мокрыми от пены и воняли дымом. Только к утру помещение более или менее проветрилось настежь открытым окном.

— Путаете вы что-то, товарищ майор! — отвечая генерирующему голословный поклеп службисту слева, я по-прежнему глядел в инквизиторские глаза Дергачева. — Кабы не мои решительные и профессиональные действия, от РОВД одни головешки остались бы. Вам бы, товарищ майор, лучше поинтересоваться, почему противопожарная сигнализация оказалась неисправной! — отвернул я свой взгляд от начальника РОВД на его зама по службе, — и тот перекосился, будто бы ему очищенный лимон в задницу засунули. Плашмя. Перекосился, но заткнулся. Что и требовалось. Это потом он попытается гадить мне, а конкретно сейчас он рот открывать уже поостережется. Да и потом, после всех этих разборок, хрен я на него положил! Потому как это для участковых, для ППС и для ОВО он после начальника РОВД царь, и бог, и воинский начальник. А для меня он нет никто и звать его почти никак.

— Ты свою спесь-то поумерь! — всполошился замполит, глядя, как хапает ртом воздух Афанасьев, — Ты всего-то лейтенант и обычный рядовой следователь, так что будь добр, соблюдай субординацию! — выпалив это, райотдельский партиец посмотрел на Дергачева, ожидая его одобрения.

Но начальник безучастно что-то черкал на лежащем перед ним листочке.

— Свободен, лейтенант! — выдал он свой вердикт через минуту, — Иди, отдыхай!

Я по-армейски кивнул необутой головой и развернувшись через левое плечо, нестроевым, но четким шагом покинул кабинет.

Отступление

— Наглец! — прорезался заместитель по службе майор Афанасьев, — Откуда только такие берутся! — малиновая краснота еще не сошла с его возмущенной физиономии.

— Из Советского он взялся, — произнес молчавший все это время заместитель по опер капитан Захарченко, — Толковый вроде бы парень, — говорил он это негромко, обращаясь к сидящему рядом начальнику РОВД, — Сегодняшние сутки у него первые и он их отдежурил один. И нормально отдежурил! Две кражи и порез. Опера говорят, все грамотно оформил, — зам по опер замолчал, а потом подумав, добавил, — И висяк они на пару с опером толково затоптали.