Третий комсомолец, с воспаленной угревой сыпью на физиономии, оттолкнув несчастную в мою сторону, повел себя на мой взгляд рационально. Я даже не заметил, откуда он достал колюще-режущий предмет, блеснувший в темноте. Было видно, что нападать он желанием не горит. Осознав, что плотские утехи конкретно за этой остановкой ему уже не светят, он озаботился собственной безопасностью и был готов удовлетвориться беспрепятственным отступлением.

— Валите отсюда! — это были первые цензурные слова, которые я сегодня услышал у этой остановки, — Хер с тобой, фраер, повезло вам! Я сегодня добрый, поэтому отпускаю! — для убедительности он помахал ножиком перед собой.

Извращаться в задержании урода с ножом или заточкой у меня не было никакого желания. Это только в фильмах все выглядит красиво. Каждый мент, боксер и даже самбист точно знают, что нож, это почти всегда порез или дырка. Если только ты специально и очень всерьез не тренировался ему противостоять. Или, если ты не бьешь первым и неожиданно. Стандартная подготовка не в счет. Это даже не пятьдесят на пятьдесят. И плюсом ко всему еще двое условно глушеных. Они в этом раскладе тоже не в нашу пользу. Сколько еще те уроды будут вне процесса, одному богу известно.

Подняв дубленку и шапку, я потянул девушку из воняющего мочой прогала на простор. Перед остановкой никого не было. Как не было моей ондатровой шапки и модного мохерового шарфа. Хрен с ним, с шарфом, уж больно он щекотливый, а вот потеря шапки удручала. Курносый все-таки меня ограбил. Шагов через десять мы остановились и я помог девушке одеться, шапку Полина держала в руках. Радуясь, что она не впала в истерику, я потянул ее за руку к воротам пансионата, где ярко светили фонари.

— Идти можешь? — вглядевшись в застывшее лицо девушки, спросил я и увидев ответный кивок, схватил ее за руку и потянул за собой.

До ворот мы не добежали, навстречу нам из-за угла выехал желтый УАЗ. ПеПСы! Все правильно, конечное кольцо автобусов и пансионат. У них здесь маршрут, а сегодня усиление по случаю праздника. Давно я так не радовался встрече с коллегами. Сначала замахал руками я, а потом и Полина. Я даже успел порадоваться, что девушка приходит в себя и начинает совершать какие-то осмысленные действия. Луноход с тремя буквами ПМГ на борту остановился рядом с нами и из его командирской двери выскочил милицейский старшина.

— Я следователь Корнеев! Там у остановки двое преступников. Разбой и попытка изнасилования! — скороговоркой произнес я, тыча старшине в лицо ксивой.

На удостоверение старшина взглянул мельком, а вот нас осмотрел более внимательно. Однако при всем этом он уложился в считанные секунды.