Довольно скоро мне надоело быть гвоздем программы, да и спать очень хотелось. Как будут объединять дела, по каким эпизодам и кто будет дальше вести расследование, меня отныне не волновало ни разу. Своё я уже прокукарекал и сделал это очень громко, а теперь пусть хоть и не рассветает. После такой громкой поножовщины никто меня уже не подвинет от корыта со сгущенкой. То бишь, с поощрениями. Слишком уж резонансно я все обставил для того, чтобы местные правоохранительные совкнязьки смогли забыть меня в своих победных реляциях в столицу. Особенно поначалу. Когда труп с огнестрелом уже есть, а уверенности в правомерности применения ментом табельного оружия еще нет. Да, на день-два-три, это будет рак мозга руководящих мною товарищей, но никак не раком моей головы.
А мне теперь только отдых! Поиск и шмон разбойничьих закромов будет уже завтра. Всё, всё завтра…
Глава 20
От сдачи табельного оружия меня освободили, изъяв его как вещдок. Также изъяли все три гильзы и пулю от дневного предупредительного выстрела в кресло. Пулю эксперт долго выпиливал из второй столешницы стола-книжки. Первую она, как и кресло, прошила насквозь, выломав кусок деревоплиты. Короче, с бытовым пулеулавливателем я не ошибся. И пулю искать не надо, и рикошета по комнате никакого. Потом увезли труп Воронецкого. До него, под конвоем, убыла на больничку Галя-Наташа. Вызывать ей на место преступления скорую не стали. Гусаров и Гриненко робко жались по углам и дисциплинированно отвечали на вопросы руководящих товарищей. Надеюсь, что отвечали именно так, как мы и договорились.
В общих чертах, все шло по плану. Оставалось только отыскать пресловутый злодейский гараж. И сделать это надо еще до того, как его сдадут либо Сивый, либо Гущин, либо Кладов, либо моя любимая. То, что до гаража в самом скором времени доберутся, я не сомневался. Уже сегодня в Главке УР МВД СССР сформируют группу и завтра или, край, в понедельник она будет здесь. За день-два-три, эти матерые волки по особо важным делам, размотают всех закрытых на чулан злодеев. И всех расколят до жопы, и, следовательно, гараж вычислят тоже. Эти ребята миндальничать не будут, им министру докладывать. А идти к министру на доклад без результата, дураков там нет. У москвичей просто так не принято. Запросто можно старшим опером в Анадырь уехать.
Но отдавать этот гараж до того, как побываю в нем сам, я не хотел никому. Так как понимал, что вероятнее всего, именно там находятся бандитские закрома. А все, что добыто в бою, взяткой не считается. Такое вот мое правило. И пусть тот, кто докажет мне обратное, ничего в меня не бросает. Иначе поссоримся. Да и не докажет мне никто моей неправоты, касаемо трофеев. Для этого надо этому кому-то сначала пройти рядом со мной 90-е, потом вздорный кауказ. И при этом еще не скурвиться.