— Что? — мне сначала показалось, что я не расслышал.

— Искал тебя на Галёре какой-то мужик, — пояснил Гагарин с отчетливой тревогой в голосе.

— Меня? — зачем-то уточнил я. — А как ты определил, что именно меня?

— Спрашивал у мажоров молодого, что недавно переехал из Москвы, с отцом-шишкой, — Ваня перешел на сдавленный полушепот.

Я промолчал, совершенно ошарашенный. Привалился плечом к холодной стенке и стал лихорадочно прокручивать услышанное в уме:

«Да нет, не может быть! Я ж эту маску только для Гагарина использовал! Что-то он свистит…»

— Слышь, — посопев, осторожно добавил Ваня, — мужик-то не наш был.

— В смысле? — встрепенулся я.

— Иностранец, похоже, хоть под советского косил. Запах чужой, а я на нюх любого нашего от демократа на раз отличаю, что женщин, что мужчин.

— Ты его нюхал, что ли? И, вообще, как он около тебя оказался? — я был совершенно сбит с толку.

— Да… Это… Подвели ко мне. Кто слышал о тебе.

— От кого слышал⁈ — начал свирепеть я.

Хотелось со всей силы шваркнуть трубкой о рычаг, но сначала надо было дослушать Гагарина. Тот продолжал мяться.

«Понятно, растрепал всем, хвастаясь. Но все равно не сходится, бред какой-то. Кому я могу быть нужен на Галёре? Конкурентам по самостроку? Тогда почему иностранец? Или Гагарин ошибся? Ничего не понимаю…»

— Мужика описывай, — прервал я его меканье.

Гагарин облегченно выдохнул, и в голосе его появились деловитые нотки:

— Рост примерно сто семьдесят пять, пятьдесят шестой размер, нога — сорок третьего. Лет сорок. Щекастый, губастый… Гомик, по-моему.

Я прислонился лбом к холодному стеклу — легче не стало.

— Волосы какие? Одет во что?

— Шатен. Волосы длинные, чуть вьющиеся. Бачки небольшие. Одет в советское новье, ничего с Галёры. Но запах!

«Спокойствие, только спокойствие», — подумал я, с озабоченностью глядя на часы.

— И что ты ему ответил?

— Что-что… Центровые ко мне подвели, отрицать не мог… Сказал, что был такой один раз. Давно.

— Ну, и… — поторопил я его.

— Расспрашивал долго, как ты выглядел, во что одет, что покупал…

— Слушай, — зашипел я рассерженным котом, — мне из тебя клещами каждое слово вытягивать?

— Ну, я, как мог, наврал… — Ванин голос зазвучал совсем убито.

Я представил себе врущего Гагарина и поморщился.

— Андрей, — заныл тот, — может, бате твоему сказать, а? Пусть пугнут? И, вообще, чего это тебя ищут?

«Вот так вот…» — я опять растерялся. — «Не свистит, что ли? Иначе не предлагал бы отцу рассказать».

— Сам, Ваня, в непонятках, — я побарабанил пальцами по аппарату, — не должно было такого быть. Тут или какое-то глупое совпадение, и ищут не меня… Или кого-то заинтересовал разошедшийся от тебя слух. Почему заинтересовал — даже предположений пока нет. Больше вариантов нет.