но не обрёл нужного знания об их владельцах. Вещи и вещи. На помощь с энтузиазмом пришёл Гонзарик, который, узнав о затруднениях Джио, сбегал за своим вязаным свитером. — Закройте глаза, господин Риц! Я спрячусь, а вы понюхайте свитер и ищите меня, как наш Кураж! Они стояли в холле у входной двери. Хейго с интересом наблюдал за ними со своего места охранника. Полчаса Джио ходил по дому принюхиваясь. Запах свитера он, наверное, на всю жизнь запомнил, но так и не смог найти его хозяина, прятавшегося под лестницей. — Завтра опять попробуем! — не теряя оптимизма, пообещал Гонзарик и убежал в бассейн. Бесцельно побродив по первому этажу, Джио задержался у огромного портрета старика в чёрном, с позолоченным мечом на груди — в той самой комнате в анфиладе, где стояла витрина с привяжи-камнями. — Экскурсия по памятным местам? — остановившись, спросил проходивший мимо Даймон. — Слушай, что за злобный старикашка? — Уго. Это он привёз в Дубъюк мурров. — Источник всех наших бед? По нему и видно. Пока я тут лежал, он на мне дыру прожёг взглядом. — Давай выколем ему глаза? — предложил Даймон. — А потом окажется, что на портрете заклятие зеркального ответа. — Да ладно, расслабься. — Здесь? Сам-то чего сидишь в подвале? Чем привязали? — Я здесь по доброй воле… — Как и я, — усмехнулся Джио. — Слушай, может, есть способ мне отсюда выбраться? — Может, и есть. Мне он неизвестен. — Даймон оглядел Джио. — А ты чего такой запущенный? Приведи себя в порядок. — И он ушёл. …Кастелянша Бомбаст больше не могла держать в себе новости, боялась, что её разорвёт, и за обедом сообщила: — Уповаю на то, что вы всё поймёте правильно… Не имею в виду ничего плохого, лишь хочу сообщить, что младшая госпожа Стефания… — Бомбаст испуганно поморгала, вспоминая. — Пума! Что наша дорогая младшая госпожа Стефания Пума Монца случайно — совершенно случайно! — уничтожила машину времени. Все перестали есть. Цветистость слога и нарочитая тактичность кастелянши настораживали. — Ты, мать, хорошо себя чувствуешь? — спросил Гарт. — Поменьше смотри сериалов. После обеда Джио ушёл в парк и пробыл там до самого ужина, а когда вернулся, его ждал сюрприз. У чёрного хода стояла Шани — смоляная коса кренделем на затылке, необъятное пёстрое платье с тысячью юбок и водопад золотых украшений. — Ну, здравствуй, племянничек, — сказала она, вытирая платком вспотевшее от жары лицо. — Веди к себе, хочу посмотреть, как ты тут устроился. Сумку возьми! Таща за собой сумку на колёсиках, Джио повёл Шани в свою комнату, расположенную