и продадим на аукционе, их стоимость хорошо подрастёт? — Как минимум в два раза, госпожа Монца. Но я думал… — А если сфотографируем каждого мурра рядом с его медальоном? Да ещё сопроводим снимок отпечатком лапы? — вдохновенно говорила Айлин. — С условием: для частного использования, в закрытые коллекции? — Это будет сенсация. Цена вырастет многократно. Но — зачем вам? — Кабошона немного смущал энтузиазм Айлин. — Ожидаются расходы на текущие нужды… — Что же это за нужды такие — грандиозные? — не удержался Кабошон. — Это… нужные нужды, — пробормотала Айлин, мысленно уже составляя список дел: Шотка займётся упаковкой, Лунг пригласит фотографа, Кабошон… Она подняла на него глаза. — На вас ближайший крупный аукцион. Внесите, пожалуйста, наши лоты в аукционный перечень. Кроме этого, конечно. — Айлин показала глазами на чёрный футляр. Ювелир развёл руками. — Как пожелаете. Когда он ушёл, Фанни поинтересовалась: — Что происходит, бабушка? Вон и Шотка вовсю перетряхивает твой гардероб, готовит к какому-то аукциону. — После того как мне сказали, что противно донашивать мои вещи, — сухо сказала Айлин, — я больше не раздариваю наряды. — Бабушка, к словам женщины, если она ведьма, нельзя относиться всерьёз. — Нет-нет, решено, всё будет продано, и очень кстати, так как мне позарез нужны свободные средства. Во-первых, подземщики, во-вторых, надо вернуть Эдама и тетрадь, которую он… взял без спроса… — Дядю Эдама нужно срочно найти! — оживилась Фанни. — Этому проекту я готова оказать финансовую поддержку. — Неужели? — Ты напрасно улыбаешься! Я, между прочим, собираюсь заключить рекламный контракт с компанией, производящей школьные принадлежности, и уже обсудила это с господином Милном. Половину он вложит в какой-нибудь бизнес, а половину могу отдать тебе. Только на всё это требуется твоё разрешение. — Что ж, я не против, чтобы ты рекламировала… ручки? — Авторские школьные сумки. На каждый день — определённого цвета! Мне уже подарили набор. — Новое сумасшествие. Но хотя бы — прощайте, бумажные пакеты. А у меня для вас новость. Объявляю в Спящей режим экономии. Максимально сокращаем расходы. Лунг завозился в уголке. — Не моемся и не едим. — Я не шучу, господин Лунг! — Хотел предупредить, что вот-вот появится Баз. — Я остаюсь, — заявила Фанни. — Всегда хотела знать, о чём вы тут шушукаетесь. И не забывай о режиме экономии, бабушка, а то этот хомяк всегда уходит от тебя чрезвычайно довольный. А что за таинственная гравировка на медальоне для Тьмы? Можно взглянуть? — Лучше не