госпожа Фанни, что вы самая достойная наследница из всех возможных! Смущённая Фанни приняла от Кабошона букет. — Спасибо… Но я не… — О чём это вы? — недовольным тоном сказала Айлин. — О каких ещё наследницах? — Простите, сам не понял, что сказал. — Кабошон извлёк из кейса и разложил на столе перед Айлин несколько бархатных футляров для драгоценностей, разного цвета, и раскрыл их. — Ваш заказ ко дню рождения мурров выполнен, госпожа Монца. Извините за небольшую задержку. Айлин любила заказывать подарки задолго до общего дня рождения мурров, который праздновали зимой. — Похоже, у вас много работы? Местные заказы? — Разные. Айлин не сдержала саркастической усмешки. — На душе светло, когда слышишь о благоденствии нашего общества. Я бы с радостью взглянула на список ваших клиентов, господин Кабошон, чтобы не получать отказы на благотворительных аукционах и распродажах. А то ведь отговорка одна: нехватка средств и чуть ли не нищета. — У Кабошона вытянулось лицо, и Айлин поспешила его успокоить: — Нет-нет, я не требую. Это мысли вслух. Модный ювелир-то чем виноват? — Она рассмотрела изящный медальон из розового золота, усыпанный бриллиантами. — Для Мягкой Кошки Югаев? Хорош. — Согласно рангу, — пробормотал ещё не пришедший в себя Кабошон. — Ровно сорок пять камней чистейшей воды. — Ровно? — У госпожи Киши-Китоки скоро день рождения, и я подумал, что символичность не помешает. — Если бы этот подарок мог её утешить… — Всё так… Ужасное горе — потерять внука… — А этот, полагаю, для Дрём-Лисов? Семейка обожает крупные изумруды. — Слишком шикарные, — буркнул Кабошон. — Формально, это не для них, а для Рыжей Кучки. — Айлин указала на медальон белого золота, с крупным чёрным бриллиантом в россыпи мелких. — Бастет? Я угадала? Ах, господин Кабошон, как же это красиво… Танита с её тонким вкусом оценит ваши труды. — Я старался, — просто сказал он. — А это для Сантэ и Господина Миша. Благородная шпинель и сапфиры в вашем любимом белом золоте. Вам нравится, госпожа Монца? — Изумительные, — сказала Айлин, рассмотрев камни, и взяла футляр с платиновым медальоном, украшенным двумя огромными жёлтыми камнями. — Как два кошачьих глаза. Для Вана? Топазы? Нет? Неужели бриллианты? — Эвклазы, — с чувством сказал Кабошон. — Удалось купить на аукционе в Петре. Айлин нежно погладила камни. — Такие впечатляющие вижу впервые. — Вынужден признаться в том же. — И наконец? — спросила Айлин, тяжело вздохнув. — Да. — Кабошон осторожно вынул из кейса футляр, обтянутый чёрным бархатом, и так же осторожно