шоколад, фрукты, книги. Жанин рассыпалась в благодарностях. Суетясь больше чем нужно, она провела гостя к Питу, предложила стул, а сама принялась греметь на кухне чашками, поглядывая на мужчин через открытую дверь. Ни одно слово не пролетело мимо её ушей. — Прими мои соболезнования в связи со смертью твоей матушки, Питер, — поздоровавшись, сказал господин Горн. — Полагаю, несчастный случай? — Да… несчастный… — А твоя травма? — В сарае упал на грабли, — выдал Пит заготовленный ответ. Господин Горн сдержанно кивнул. — Два несчастных случая сразу. Бывает. Питер… Смею надеяться, в последнее время мы с тобой стали очень дружны… Пит промычал что-то неопределённое. Жанин на кухне, забыв про кипящий чайник, лихорадочно прикидывала, куда может завести этот разговор. Господин Горн между тем продолжал: — В трудную минуту друзья должны поддерживать друг друга. Как ты посмотришь на то, если на время болезни я приглашу тебя пожить в моём доме? Ты меня ни капли не стеснишь. Пит ожидал чего угодно, только не этого, ведь даже из материнской родни никто не предложил ему помощь, ни до, ни после похорон. — Спасибо, господин Горн, — растроганно сказал он и, вспомнив, добавил книжное: — Вы очень добры. Но я не поеду. Жанин прочистила горло, намекая, что решение неверное и неплохо бы его изменить. — Вижу, ты сомневаешься, Питер. Прости мне мою настойчивость и поверь, я смогу обеспечить тебе нужный уход. В твоём положении не стоит отказываться. Ох, извини за бестактность… Я имел в виду, что ты остался совсем один, без близких… — Да что вы! — Смущённый, Пит махнул рукой. — У меня всё есть, и еда и таблетки. Тётя Жанин обо мне заботится. Завтра иду к врачу. — Послезавтра, — вставила из кухни разочарованная Жанин. Господин Горн поднялся, опираясь на трость. — Тогда позволь, дорогой друг, кое-что тебе показать, так, на всякий случай. Взгляни-ка на гобелен над твоей кроватью. — Пит уставился на коврик, на котором из леса выходило оленье семейство. — Если что, действуй таким образом. Чуть в сторону, пожалуйста. — И господин Горн легонько ткнул концом трости в оленёнка. Раздался грохот — подняв облако пыли, на окошко в комнате Пита опустилась железная решётка, скрывавшаяся в стене. Пит вздрогнул, а Жанин, которая расставляла чашки на кухонном столе, вскрикнула от неожиданности. — Или так! — Господин Горн атаковал олениху. В проёме между кухней и комнатой Пита обрушилась скрытая в дверной коробке решётка. Её острые зубцы вонзились в половицы, как гарпун. Тётушка Жанин упала на стул. — И