— Да, это несправедливо. Но, я думаю, проблема вполне решаема. Например, можно направить ходатайство государю или побеседовать с главой нашего филиала пятого отделения. Я мог бы попытаться повлиять на него.

— Разумеется, я намерен обращаться во все инстанции, пока не добьюсь правды. Но скоро ли это случится, не знаю. Что, если император сам хочет уменьшить количество конкурентов своего рода?

— Вы сгущаете краски. Не думаю, что государь имеет к этому какое-то отношение. А вообще, если знать нужных людей, то и более серьёзные проблемы легко решаются. Поверьте мне.

— Охотно верится. Только каков ваш интерес в данном вопросе?

— Видите ли, в чём дело, Святослав Павлович. Прежде я никогда не занимался добычей объектов с особыми свойствами, у меня до сих пор нет ни одного участка на границе и, признаться, я даже не думал браться за это дело. Но недавно мне пришла в голову мысль, что неплохо было бы и сюда сунуть свой нос, — проговорил с самоиронией Вяземский и улыбнулся. — И именно в этот момент я узнаю о вашем приезде. Это знак. У меня есть ряд идей, которые принесут выгоду нам обоим. Я могу инвестировать в добычу и переработку ООС и в производство артефактов. Вы владеете землёй, возглавляете великий род, ваши люди имеют опыт, а у меня есть деньги, которые можно пустить в оборот. Я готов стать дольщиком и, если потребуется, на начальном этапе полностью финансировать предприятие.

И тут я окончательно понял, что хочет Вяземский. Он был не дурак и понимал, какие деньжищи вращаются в руках великих родов. Наверняка он и прежде раздумывал заняться добычей ООС, но не видел в этом выгоды: пятое отделение платило слишком мало, что делало добычу ООС нерентабельной, особенно для человека нового, начинающего с нуля.

Лицензия на свободную реализацию ООС открывала огромные возможности, но вот беда, обычный аристократ не мог её получить. И тут появляюсь я — глава великого рода, нуждающийся в помощи. Вяземский видел во мне золотую жилу и ради маячащей на горизонте прибыли готов был простить мне всё на свете.

А мне, и правда, не помешали бы инвесторы, а то денег слишком мало для серьёзных проектов. Сейчас моя дружина находится на грани выживания, а чтобы открыть фабрику, потребуются большие вложения. Только вот нельзя допустить, чтобы значительная доля компании оказалась в руках другого человека. Ведь если Вяземский возьмёт всю финансовую сторону на себя, фактическим хозяином предприятия окажется он.

— Предложение заманчивое, — сказал я. — Но вначале придётся решить ранее озвученную мной проблему. Без лицензии я не могу заниматься переработкой ООС и продажей артефактов, и инвестиции не принесут плодов.