А на практике все оказалось предельно плохо. Непрестижная профессия, которой не хотят заниматься сами балларанцы? Ну действительно, кто хочет пойти на войну? Никто, вот потому и вывозят с Земли несчастных, а потом тупо отправляют на убой! И вот Кирсан летит с орбиты на вражескую планету с кучей настоящих боевых машин… Что за война? С кем? За что? Никто не сказал.
Но даже больше того, что он летит на войну, куда не соглашался отправляться, Кирсан взбешен тем, что его держали в неведении до последней секунды. «Понимаешь, Скай, мы ведем войну и нам нужны такие, как ты, чтобы командовать полчищами беспилотных боевых роботов»… Вот если б ему так сказали в самом начале, еще на Земле — это было бы хотя бы честно. И Кирсан все равно согласился бы, потому что когда тебе остается жить считанные удары сжатого аневризмой сердца — выбирать не из чего.
Но ему ничего не сказали.
Ему даже не стали впаривать лажу типа «мы хорошие, а они плохие, надо спасать галактику!» — просто скинули с корабля в пекло.
Воюй или умри.
Тут начало сильно трясти, пришлось вцепиться в подлокотники.
Впрочем, в данной ситуации, со всех сторон плохой, есть одна маленькая утешающая грань. Кирсан почти наверняка орудие захватчиков — но слепое орудие. Он в абсолютном неведении, не знает даже, кто его враг, не знает ничего. Ему не оставили никаких моральных дилемм и выборов, все, что у него есть — инстинкт самосохранения. Кирсан — жертва вероломных балларанцев, и теперь ему остается просто не дать себя убить. Если смотреть с этой стороны — то получится, что он, Скай, просто защищается от нападения местных жителей. То есть, понятно, что их нападение на самом деле адекватная самозащита, но с точки зрения Кирсана, который не имеет ничего против местных, это все же покушение на его жизнь. Если с ним выйдут на связь и спросят, какого хрена он забыл на чужой планете — он, конечно же, сразу расскажет все, как есть, и сдастся в плен, это не его война.
…Но что-то подсказывает Скаю, что с ним никто ни о чем не будет говорить, и ему остается только защищаться. Сероухие ублюдки обставили все таким образом, что две стороны боестолкновения будут сражаться, защищая свое право на жизнь, а они с орбиты будут поглядывать и ухмыляться…
Мрази.
Голос в наушниках принялся отсчитывать секунды до посадки. Капсула коснулась поверхности почти мягко, совсем на так, как это ожидается от падения с орбиты.
В следующую секунду вспыхнуло освещение, замерцали экраны.
Ну, где наша не пропадала, Кирсан ни в чем не виноват, он просто хочет жить. Все грехи — на уродах, которые его сюда сбросили.