Помимо этого, Кирсан на этом курсе попутно приобрел очень ценное для себя понимание кое-каких моментов. Поскольку остальные слушатели курса были детьми среднего школьного возраста — он просто не смог не заметить колоссальных различий между ними и собой же в их возрасте. Если взрослый балларанец ведет себя примерно как очень умный, очень сознательный и очень высокоразвитый взрослый землянин, плюс еще некоторые мелкие поправки, то в детском возрасте различия носят не количественный, а качественный характер. Земной ребенок — это ребенок, а не маленький взрослый. А вот балларанцы уже в двенадцать лет вполне серьезны, словно взрослые. Никакой беготни в перерывах, никакой ребячливой легкомысленности. Правда, и кое-какие ребяческие повадки тоже имеются: так, два мальчика слева от Ская во время занятий преспокойно играли себе во что-то вроде шахмат, как часто делал в школе сам Кирсан в их возрасте. Правда, играли они вслепую и не вместо занятий, а вместе с занятиями, тихо говоря друг другу координаты ходов в те моменты, когда в речи инструктора появлялась пауза.
Что до самого Ская, то отношение к нему со стороны детей было совершенно ровным. Впрочем, иначе быть не могло уже по той причине, что в этом возрасте балларанцы еще ничего не знают о землянах и не понимают, кто такие «иммигранты».
Это Кирсан узнал из вопроса одного из товарищей по курсу: мальчик по имени Хэнра его так прямо и спросил, мол, а что означает термин «иммигрант»?
— Это значит, что я прилетел сюда с очень далекой планеты, где очень многое не так, как тут, — выкрутился Кирсан. — Видишь, я пока еще не говорю на обычном языке, и когда мне было, сколько тебе, меня никто не учил тому, чему мы тут учимся.
— Вроде потерянной в «темные века» колонии? — предположил Хэнра.
— Ага, — ухватился за этот вариант Скай, — типа того. Можно сказать, это самая древняя из потерянных колоний, и нашли ее относительно недавно, потому вот так.
Военные всех рас — объединяйтесь!… с боевыми хомяками!
Служба в колонии цалларунга оказалась крайне слабо связанной с самими цалларунга: эта раса предпочитает селиться под землей, что, с учетом ненависти своих «преданных» соплеменников, разумно вдвойне. При этом колония оказалась как бы «двойной»: внутри скалы располагается военный гарнизон, а цалларунга живут еще глубже.
С лидером колонии Леонид, Касс и Синкай встретились всего один раз, в самый первый день. Невероятно старый цалларунга с головой, покрытой слепыми пятнами, уже не способный передвигаться без экзоскелета, произвел двоякое впечатление.