— Помогите, — просипел я под звон ржавых кольчуг, доносящийся сверху.
Группу возглавлял мужчина, высокий и широкоплечий, с длинными седыми волосами, собранными в хвост. Он спокойно прошёл мимо меня, даже не взглянув, будто я был недостойной внимания кучей листьев.
Всё произошло мгновенно.
Парочка скелетов уже здесь, так близко к подножию. В их глазах сверкает зловещий огонь. Мужчина с седыми волосами поднимает руку — лёгкое движение запястьем, почти ленивое. Воздух вокруг трещит от напряжения.
Цзянши делают последний шаг, а затем их тела разлетаются на мелкие костяные осколки и пыль. Ржавые кольчуги спрессовываются, а копья ломаются в щепки. Весь этот мусор подхватывает смерч и ловко выбрасывает в сторону с лестницы, прямо на камни.
Я как стоял на коленях, так и продолжил стоять. Люди шагали мимо меня, и от каждого веяло силой, от которой ломило зубы и сдавливало голову. Давление было таким мощным, что даже закрыв глаза, я мог указать, где находится каждый из школы. А что было бы, если бы эти люди пожелали причинить мне вред?
Очень скоро все они скрылись из виду, вряд ли отметив для себя помощь какому-то слабаку. Я остался наедине с тишиной. Преследующих меня скелетов больше не было, но их голод и злоба всё же не пропали бесследно и ощущались где-то глубоко внутри меня.
С третьей попытки получилось встать на ноги. В голове крутилась одна мысль: я этим людям жизнью обязан. Даже если они спасли меня мимоходом и явно не из гуманизма.
Надо будет при случае пожертвовать в школу Небесного Гнева серебрушку-другую. А пока — остается доковылять до дороги и подождать какую-нибудь группу или повозку, идущую мимо горы к городу.
Глава 14
И вот я на дороге, грязный, в мокрой и испачканной одежде. Правую руку и живот холодит прохладный ветерок — рукав-то отрезан, а в дыры от когтей ладонь можно засунуть. Да и остальной одежде досталось. Ну точно оборванец…
Стою на камнях, не решаюсь отойти далеко от горы. Говорят, что двигаться по дороге посреди поля безопаснее, чем находиться на горе, но я не могу заставить себя пойти по этой дороге. Меня не отпускает ощущение, что за каждым кустом, деревцем, и даже за каждым стеблем кто-то скрывается. Ёкаи? Духовные звери? А может, просто разыгравшаяся паранойя рисует мрачные картины, что на последнем отрезке пути я могу потерять собранные травы и жизнь?
Я выждал не меньше получаса, прежде чем услышал голоса и шорканье шагов. На дорогу, идущую через заросшее поле, по узкой тропинке вышла группа сборщиков трав: не меньше десяти человек. Их корзины полны зелени, лица уставшие, но спокойные. Похоже, мне повезло.