Теперь надо выкопать себе нору. Чем глубже, тем лучше. Главное — чтобы вход был ниже пола моего укрытия. Так будет теплее.
Я спустился в овраг, стараясь двигаться как можно тише, прислушиваясь к каждому звуку вокруг. Снег скрипел под ногами, но это было лучше, чем шум ветра наверху. Снег здесь был плотным, утрамбованным ветром и временем. Отлично.
Я начал рыть нору прямо в снежном склоне, сперва — ножом, а потом руками — так выходило быстрее.
Руки быстро замёрзли, но я продолжал копать, отбрасывая снег в сторону. Глубже… Ещё глубже… В голове крутились обрывки книг, которые я когда-то слышал или читал: «Вход должен быть ниже пола убежища. Так тепло будет задерживаться внутри». Я не уверен, что делал все правильно, но времени на сомнения не было.
Когда нора была достаточно глубокой, я залез внутрь и подтянул за собой короб — мой единственный груз и одновременно щит. Я поставил его у входа, загораживая проход от ветра и снега.
Нора была похожа на небольшой грот. Конечно, не идеальное убежище, но лучше, чем ничего.
Внутри было тесно и холодно. Я тяжело дышал, чувствуя, как горячий пар вырывается изо рта и тут же исчезает.
Я расстегнул куртку и аккуратно свернулся калачиком, пряча ноги внутрь неё. Руки вытянул из рукавов и прижал к груди, а голову спрятал внутрь мехового воротника. Получился своеобразный мешок из меха и ткани. Неудобно. Но теплее, чем могло бы быть без этого.
Спустя десять минут уже хотелось двигаться. Тело затекало, ноги ныли от неудобного положения. Но это лучше, чем замёрзнуть насмерть.
Я постарался успокоить дыхание и закрыть глаза. Сон был рискованным шагом: если усну слишком крепко и замёрзну — всё кончено. Единственное, что мне оставалось — медитировать.
Глава 13
Сквозь узкую щель в снегу я увидел движение: появилось расплывчатое и неразличимое пятно. Оно приближалось, приобретая чёткие черты, однако увидеть существо, полностью не вылезая из норы, было невозможно.
Оно было огромным. Даже на расстоянии ощущалась невероятная мощь, давившая на меня. Оно двигалось плавно, и даже сквозь щель можно было запечатлеть некоторые детали: высокий рост, длинные конечности, напоминающие и когти зверя, и корни дерева, тёмная кожа, контрастирующая на фоне снега; она, кажется, была покрыта трещинами пульсирующими, излучающими тусклый синеватый свет.
Я затаил дыхание. Сердце билось так громко, что мне казалось — существо услышит меня. Должно услышать, как минимум почуять, заподозрить неладное.
И оно меня заметило.
Громадное нечто остановилось на мгновение, судя по тени на снегу, повернуло голову. И я понял, ощутил: оно знает, что я здесь. Но ему всё равно. Для него я был ничем, как планктон в океане, пылинка на ветру.