Я остановился перед дверью и долго смотрел на это жалкое строение.
Всё это время я воспринимал дом, как данность. Память Китта — того самого Китта, чьё тело я теперь занимал, — помогала мне не замечать недостатков лачуги. Китт жил здесь шестнадцать лет и привык к этому убожеству. Для него это было нормально, и это отношение передалось мне вместе с его памятью.
Но если бы прежнему мне предложили переночевать в подобном доме, я бы ни за что не согласился.
Медитация прочистила мне мозги. Я вдруг понял, насколько жалок этот дом. Насколько жалка жизнь Китта. Надо что-то делать с собой, с домом, с тяжелой работой матери.
Нужно что-то менять.
Я вошёл внутрь и осторожно закрыл дверь за собой. Мать уже спала в своей комнатке — её тихое дыхание было единственным звуком в доме.
Я сел на край своей жёсткой кровати и задумался.
Дом нужно привести в порядок. Но у меня нет инструментов, нет материалов и денег… Пока нет.
Я провёл рукой по деревянной стене рядом с кроватью. Древесина была холодной и чуть влажной на ощупь.
В голове начали выстраиваться планы.
Для начала нужно купить инструменты. Хотя бы самый базовый набор: молоток, пилу, десяток гвоздей. Потом — нанять пару помощников, или начать без них. Навык «Плотницкое дело» откроется в процессе и точно пригодится. Починю крышу, укреплю стены, заменю прогнившие доски на крыльце.
А потом можно будет удалить навык. Вряд ли у него в этом мире есть потенциал. Что может быть верхом карьеры парня-плотника — руководить бригадой рабочих, строящих хоромы для какого-нибудь богатого культиватора стадии пробуждения? Нет, не хочу. «Плотницкое дело» будет временным навыком, инструментом для решения конкретной задачи: привести лачугу в порядок.
Духовный практик — это для меня. Это мой путь к силе и пониманию этого мира.
Зельеварение — для денег. Для нас с матерью.
Все уже налаживается. Я оставляю матери деньги, что Китт делал очень редко. Я научился работать с памятью. Подготовился к следующему походу в горы: купил одежду, подучил травы. Следующий же поход позволит мне сорвать неплохой куш в серебре, я уверен в этом.
Закрываю глаза и чувствую полнейшее спокойствие. Да, я живу не в лучшем доме, не в лучшем районе. Но я постепенно выстраиваю все, чтобы приблизить момент, когда жизнь моей семьи изменится.
Глава 9
Проснулся рано, как и планировал накануне. Сквозь тонкие занавески в комнату пробивался мягкий свет утреннего Солнышка, которое вовсе и не Солнце, а Тайянг, а мир — не Земля, а Ксайнг, но легче мыслить привычными, земными категориями.
Тело ломило после вчерашних тренировок, но вместо того, чтобы полежать подольше, я встал, приготовил завтрак. Наскоро проглотил кашу с куском черствого хлеба. Еда простая, и скоро надоест. Нужно будет с заработков чего-нибудь вкусного прикупить, того же изюма для рисовой каши, или кровяной колбасы. Но пока приходится обходиться тем, что есть. Главное — топливо для нового дня я в топку закинул.