— Вот и хорошо. Сейчас вскипячу чай.
Чай оказался не просто чаем, но и со сладостями. Правда, засахаренными фруктами Рой меня не удивил: из вежливости взяв один кусочек, я им и ограничился.
Зато когда хозяин лавки убрал кружки и протянул мне книгу, я вцепился в нее с жадностью наркомана.
Осторожно переворачивая страницы, я чувствовал позабытый голод по чтению. Мои пальцы бережно переворачивали лист за листом. На каждой странице были описания растений — от самых распространенных до редчайших. Текст был написан мелким, аккуратным почерком, а рядом нередко красовались схематичные рисунки: листья с прожилками, корни с узелками, цветы с точными пропорциями и цветом лепестков.
Я читал внимательно, не пропуская ни одного слова. Глаза бегали по строчкам, впитывая каждую деталь. Я не просто читал — я представлял себе мысленно каждое растение. Зверобой: «листья мелкие, продолговатые, на свету кажутся будто в мелких дырочках». Закрыв глаза, я видел это растение во всех подробностях — как оно выглядит на солнце, представлял по описанию, как оно пахнет, если растереть листок между пальцами. Затем открывал глаза и продолжал чтение.
На следующей странице был рисунок корня мандрагоры. Он выглядел простым и схематичным, но для меня это было больше чем просто чернила на бумаге. Я представлял этот корень — как его нужно аккуратно выкапывать, чтобы не повредить.
Каждое слово оживало у меня в воображении. Я мысленно повторял рецепты и советы: «Смешать сушеные листья шалфея с порошком из корня валерианы… Пропорция одна часть к двум…» Иногда мои губы шевелились сами собой, когда я повторял важные формулы. Иногда я останавливался, чтобы обдумать прочитанное или свериться со своими знаниями. В лавку кто-то заходил и выходил из нее, но я не обращал на это внимания.
Часы шли незаметно, и я отлип от книги поздним вечером, когда прочел ее полностью.
Не было никаких «вы прочли учебник, получено 5 баллов к травничеству». Баллы я получал во время чтения, и каждый балл был подкреплен массой выученной информации.
Глава 10
Я проснулся рано, как всегда. Сквозь щели в ставнях пробивался мягкий утренний свет, а в воздухе витала сырость — не иначе за ночь прошел дождь.
Разворошил кочергой угли и кинул на них пару щепок, а сверху положил мелко наколотую лучину. Завтрак был простым: кусок хлеба, сыр и немного каши, согретой на теплой плите. Потом — вышел во двор. Прохладный ветерок взбодрил, прогоняя остатки сна.
Дошел до турника, навесил утяжелителей, а потом — подпрыгнул и ухватил перекладину правой рукой. Медленно вверх…