Я стоял на корме, прощаясь с городом. Мы отплыли под звон корабельного колокола. Портовые мачты и крыши домов постепенно превращались в тонкую полоску на горизонте, а потом и вовсе исчезли за линией моря.
Маша, может, и отправилась отдыхать, а вот я должен практиковать магию ветра и воды, пока есть мана в моём теле. Обеспечим максимальную скорость, о которой этот корабль и не мечтал даже в лучшие годы. Главное, чтобы паруса выдержали напор ветра, вырывающегося из моих ладоней…
* * *
Первые два дня прошли без приключений. Капитан Родриго, наблюдая за моими магическими упражнениями, лишь крутил головой и тихо присвистывал. Его матросы поначалу нервничали, но к середине второго дня привыкли к стоящему на палубе и обвязавшемуся канатами ветродую… Без канатов меня бы с высокой долей вероятности сдуло бы с корабля.
На третий день впереди показались острова. Россыпь скалистых клочков земли, торчащих из воды, с рваными берегами и зелёными шапками растительности на вершинах. Первые предвестники эльфийской земли… Где-то там, за ними, нас ждут эльфийские берега и золотые леса Натимбора.
Имирэн по мере приближения нервничал и всё чаще ходил взад и вперёд. Очень он, видимо, по родине соскучился…
Маша стояла на мостике и смотрела на острова с любопытством. Родриго корректировал курс, огибая первую гряду рифов. Но пересечь эти земли мы не смогли…
Я опустил руки и бросил колдовать. Замер. Ощущение ко мне пришло внезапно: накатило волной, заставляя прислушаться к собственным чувствам.
— Стоп! — рявкнул я, и мой голос перекрыл шум ветра и волн. — Капитан, полная остановка! Опускайте якорь!
Родриго развернулся ко мне, на его лице застыло недоумение.
— Здесь? Прямо здесь, посреди пролива? Глубина же тут…
— Мы ненадолго…
Капитан не стал спорить. Он рявкнул команду, матросы бросились к якорной цепи, загрохотал ворот, и тяжёлый якорь с плеском ушёл в тёмно-синюю воду.
Корабль замедлился, приподнялся на волне и замер, покачиваясь на привязи.
Маша подошла ко мне и вопросительно посмотрела на паруса:
— Что случилось?
Имирэн тоже повернулся и с хмурым видом.
Я не ответил сразу. Стоял у борта и смотрел вниз, на тёмную воду, бьющую о деревянный корпус. Волны перекатывались одна за другой, солёные брызги оседали на перилах. Вдалеке мелькнул серый плавник акулы. Зубастая тварь проплыла вдоль борта и нырнула обратно в глубину.
Я смотрел туда, куда она ушла, и ощутил это знакомое, невероятно тревожащее душу чувство. Внизу, под десятками метров воды, под толщей морской тьмы, скрывалось нечто живое и могущественное. Нечто, что отзывалось на мою природную суть с такой силой, что игнорировать это было физически невозможно.