— Ты можешь допросить мёртвого? — в его голосе было не сомнение, а скорее удивление.

— Могу допросить его душу. Любые ментальные блоки, любые заклинания, заточенные на защиту информации, завязаны на разум и тело. Когда нет ни того ни другого, защита не работает. А грязная или чистая душа, вредная или праведная, — неважно. Главное, что она не способна скрыть от нас правду. Единственное, чего она хочет, — это свобода. Единственное, что я могу ей дать в обмен на правду, — тоже свобода. Но сначала она расскажет нам абсолютно всё.

Болдур молчал секунд пять. Потом кивнул и огляделся, оценивая обстановку.

— Не здесь. В цитадели. Через десять минут.

* * *

В нижнем зале цитадели, куда мы спускались несколькими часами ранее, собрались те, кому положено было знать. Болдур и мой отец стояли у стола с картой, рядом расположились четверо старших офицеров, прибывших за последние полчаса по приказу Архонта. Мой отряд в полном составе занял места вдоль стен, болтая и обмениваясь рассказами о скоротечной, но крайне эффектной схватке, а заодно давая друг другу советы по развитию личной силы.

Я раскрылРеликварий , и от страниц поднялось полупрозрачное свечение. Через мгновение над талмудом сформировалась размытая и бледная фигура без каких-либо деталей. Просто силуэт того, кто ещё недавно был живым человеком и угрожал нам с невероятной самоуверенностью. Теперь от неё ничего не осталось.

Душа трепетала, и все в зале это чувствовали: холодок пробежал по коже, свечи дрогнули.

— Имя, должность, — произнёс я.

И душа ответила. Не потому, что хотела, а потому, что не могла не ответить. Единственная валюта, которой она может заплатить за право уйти, — правда. И она платила.

— Гарвин Дэлл. Агент Лиги Теней, ранг — Тень Третьего Ордена. Оперативник, ответственный за Северные границы Домена людей.

— Сколько лет в Ратиборе?

— Четыре года.

Болдур стиснул челюсти. Четыре года… Значит, Лига пришла сюда очень давно и знает… намного больше, чем он хотел бы.

— Лявонт… был завербован или работал изначально? — спросил Болдур.

— Завербован. Два года назад. Постепенно. Ментальный контроль устанавливался медленно, слоями. Он не осознавал полностью, что делает и почему принимает некоторые решения. Его способность чуять угрозу использовалась в обе стороны. Он чувствовал опасность для крепости, но одновременно сообщал мне о приближении тех, кого Лига считала неудобными.

«Наваждение… — тихо произнесла Алиса в моей голове. —Подобный ментальный контроль — это разновидность проклятья Наваждения или Помешательства. Жертва действует по внушённой программе, не осознавая подмены собственных решений. Снимается тяжело, но снимается. Если жертва жива, конечно…»