Полковник предложил мне и запершимся в темнице бойцам выйти добровольно в обмен на «справедливое расследование и мягкое обращение». Я ответил: расследование и обращение пусть обсуждает с Болдуром, а мы подождём там, где сидим.

Второй визитёр оказался интендантом, который принёс еды, включая гуся. Он жаловался на Лявонта, винил его во всём и вообще пытался показаться нам другом. Спросил, выйду ли я в обмен на перемещение в гостевые покои и ожидание приезда Болдура.

Всё бы ничего, если бы в вино не подлили какую-то гадость. То ли яд, то ли сонное зелье…

Я предложил ему войти внутрь и выпить со мной. Он, конечно же, отказался. Но продолжил разливаться соловьём, объясняя, что насилие порождает насилие, что нужно найти путь к примирению и что Система благословляет миротворцев. Я выслушал его до конца, поблагодарил за мудрые слова и попросил передать руководству крепости, что лучший путь к примирению — это вернуть нам наше имущество, извиниться и привести сюда Болдура, а не давать отравленное вино. Всё равно у меня сопротивление ядам солидное, да и способы его почуять имеются. Он ушёл озадаченный, не смея задерживаться.

С третьим у нас вышла довольно забавная беседа. Он уже не пытался меня выманить, потому что понял бессмысленность этого занятия, и мы просто травили байки до глубокой ночи. Приятный мужик оказался, помог немного отвлечься от всей этой абсурдной ситуации.

И только под утро Алиса сообщила радостную весть: к крепости на полном ходу мчатся конники со знаменем Архонта в руках. Наконец-то!

Я потянулся, размялся, привёл себя, насколько мог, в порядок, проверил запасы Эфира… За время путешествия довольно много капель удалось получить. Доведу до пятисот и начнут прокачивать… К слову, откат уже прошёл. Кровушки бы чьей-нибудь попить… Лявонта, например.

Во дворе начались активные приготовления к приезду большого начальника. Через Алису я наблюдал за происходящим и, честно говоря, наслаждался каждой секундой. Болдур ворвался во двор крепости на полном скаку, спешился, не успев остановить коня, и рявкнул так, что голуби разлетелись во все стороны с ближайших башен.

— Где Рогнар⁈ Ко мне! Немедленно!

Полковник появился через десять секунд, поправляя на бегу мундир. За ним семенили три офицера с перекошенными лицами. Болдур стоял посреди двора, широко расставив ноги, и от него расходились волны командирского гнева.

— Рогнар, объясни мне, какого чёрта происходит в моей крепости⁈ Почему мне сообщают, что пороховой двор захвачен, гауптвахта захвачена, арестован Архонт Ковалёв, личный посланник Дира, и отряд, который его сопровождал, включая Маршала Крево? Кто допустил? Кто разрешил⁈