— Вы же понимаете, что так продолжаться не может. Это уже третья госпитализация с побоями, которые вы упорно выдаете за несчастные случаи. До четвертой вы можете и не дожить. А у вас дочь, подумайте о ней, раз о себе не думаете.

— Да я все понимаю, доктор, — всхлипывает, но, по счастью, не рыдает больше. — Надо уйти от него, развестись надо… Но сил совершенно нет. Как подумаю, что придется квартиру искать, работу, дочке няню или садик… Руки опускаются. Сил нет.

Пожимаю плечами и приступаю к осмотру. В медицинском отношении случай простой, скучный даже, реабилитация самая элементарная. Непонятно, зачем эту пациентку к нам определили, могли бы дней пять понаблюдать в травматологии и выписать. Наверно, и там кто-то ее пожалел, не стал отправлять домой к этому уроду, решил дать время восстановиться, одуматься… Вряд ли сработает, конечно. И все мои таланты, связанные с Тенью, тут не помогут…

А почему, собственно, не помогут? На упадок сил жалуются многие пациенты, и я помогаю им восстановиться. Тут, конечно, психика, а не тело… Но ведь гормоны и нейромедиаторы — та же физиология. Мне не нужно менять ее сознание, она же все прекрасно понимает… просто дать ей силы сделать то, чего она сама хочет. Возможно ли это? Я не узнаю, если не попробую. Осмотр уже закончен, но я как бы случайно касаюсь плеча пациентки и ныряю в Тень.

Основные линии ее тела мерцают тускло. Да, про упадок сил она не придумала. Девушка и правда слабее, чем многие пациенты с куда более тяжелыми травмами, она словно… едва присутствует. Концентрируюсь и вливаю силу не в конкретные органы или ткани, а в организм в целом.

Что-то идет не так! Не могу четко определить, но чувствую, что так не должно быть. По нитям бегут неровные сполохи, они мерцают, переливаются… прекращаю процесс и выныриваю.

Пациентка сидит на кровати и громко, яростно, истерически хохочет. Тело бьет крупная дрожь. Скрюченные, словно когти, пальцы разрывают футболку, потом простыню и тянутся к ее же лицу… Перехватываю запястья, не позволяю ей разодрать себе кожу… Она рычит, рвется из моих рук. Да откуда в хрупкой девушке столько силы?

Света врывается в палату. Кричу ей:

— Успокоительное, быстро!

Пару минут спустя все заканчивается. После укола девушка сразу обмякла и вроде бы заснула. Проверяю — слава богу, швы не разошлись. Хоть успокоительное нужно нам не так уж часто, умница Света разыскала его мигом.

— Она чего, еще и психическая? — спрашивает медсестра. — В истории болезни ничего такого не было.

— Не знаю, все может быть…

Перевожу дух. И что на меня нашло? Ломанулся не в свою область, спаситель хренов… Научился помогать больным с травмами и тут же души исцелять полез, мессия областного масштаба. Хотел спасти человеку душу, а вызвал банальный истерический приступ. Верно древние говорили: «Врач, исцелись сам».