Глава 11
Газета «Новое Время». Юморъ.
Врачебные совѣты.
1. Не слѣдуетъ спать на лѣвомъ боку: это стѣсняетъ сердце.
2. Нельзя спать на правомъ боку: это тяжело для печени.
3. Вредно спать на животѣ: это сдавливаетъ грудную клетку и мѣшаетъ правильному дыханiю легкихъ.
4. Слѣдуетъ избѣгать спать на спинѣ: это дурно отзывается на почкахъ и на центральной нервной системѣ.
5. Спать сидя — большая неосторожность: неестественное положенiе тѣла не даетъ настоящаго отдыха, часто даже утомляетъ.
Соблюдая эти пять совѣтовъ относительно сна, вы всегда будете здоровы тѣломъ и бодры духомъ.
Стоило мне услышать о том, что Вика бросила — тут то меня и накрыло. Перед глазами упало красное забрало, я скрежетнул зубами. Руки сами зашарили по столу, натолкнулись на утренние газеты. Что за бред там пишут!
— А… Виктория, получается, съехала никого не предупредив? — спросил я, чуть не дав петуха, но вовремя закашлялся.
Директор на меня удивленно посмотрел:
— А вы и не знали?
— Не знал!
Чириков наклонился ко мне, сочувствующим голосом произнес:
— На третий день после вашего отъезда. Вещи вывезла, но частично. Живет-с невенчанная с фотографом, — директор вытащил из кармана платок, вытер лоб. — Да, да, тем самым, что ее учил. По слухам… на Арбате квартиру снимают.
Ну да… Откуда все начинается, туда все и возвращается. Я даже не удивлюсь, если в доме у Марьи Сергеевны. Вот будет хохма.
— Что же вы так побледнели, Евгений Александрович? — директор дотянулся до графина, налил мне стакан воды. — Скандала со вдовой опасаетесь?
— И опасаюсь! Вы забыли, сколько Елена Константиновна нам крови попила?
— Госпожа Талль и в правление «Русского медика» входит, — Чириков тяжело вздохнул. — Так что будем делать с жилплощадью? У нас уже очередь молодых врачей заселиться.
— Ни-че-го! — по слогам, жестко ответил я. — Сначала мне надо переговорить с Викторией Августовной.
— Позвать ее?
— А она на работе?
— Пока да, — неопределенно ответил директор. — Но был уже разговор…
— Какой?
— Виктория Августовна хочет открыть свое фотоателье
— Ах вот как… Зовите ее.
Чириков вроде как облегченно вздохнул. Ожидал более бурной реакции? Или переживал, что принес худую весть.
А как к этому относиться? С одной стороны, Вика в последнее время слишком часто смотрела на безымянный палец правой кисти, всё ей там чего-то не хватало. И черты характера любезной матушки нет-нет, да и просматривались. А с другой стороны — мне войны среди акционеров «Русского медика» не нужны. Пусть девица Талль устраивает личную жизнь, как ей хочется, я ей только добра пожелаю. Хотя с этим вольным художником… Сдается мне, он будет с нее деньги тянуть на высокое искусство без устали.