Должиков дозвонился и нашел моего партнера на месте. Я услышал, как он важным голосом произносит: «его сиятельство, князь Евгений Александрович желает встретиться с господином Келером». Вот же засранец! Кажется, работать у князя моему секретарю нравится гораздо больше, чем просто у Баталова. Впрочем, тайны из своего титула я делать не собираюсь. А сотрудники скоро привыкнут и перестанут его выпячивать.

Фармацевт встречал на пороге дома, как самого дорогого гостя. Собственно, я таковым и являюсь. На одном стрептоциде приподнялся, если не считать попутку. А сейчас… Монополию на пенициллин удастся держать пару-тройку лет, и это принесет космические прибыли. А это он еще про инсулин не знает.

Мы прошли в кабинет, и нам тут же принесли какой-то чай с улетным ароматом. Такого в будущем, увы, уже не будет. Сидишь возле чашки и думать ни о чем не хочется, только о желании отпить еще хоть малюсенький глоточек. Буду уезжать, выцыганю себе упаковочку. Спрячу и начну употреблять только сам, тщательно заперев дверь.

— Знаете, Роман Романович, а ко мне тут недавно подходил некто Феррейн, Владимир Карлович. Знакомы с таким?

Можно и не спрашивать. Первейший враг и злейший конкурент. Главные аптеки у них почти витрина в витрину расположены, не забудешь, даже если и хочется.

— И что же он хотел? — нахмурился Келер.

— Известно что, переманить к себе. Обещал много. Будь я девицей, после таких посул точно сдался бы. Да что вы как лимона объелись? В итоге я сижу с вами и готов обсуждать новые проекты.

— Как новые? Еще что-то еще?

— Давайте есть слона по кусочку. Что у вас с производственными мощностями?

— Так посмотрите. Покажу, так сказать, свою гордость. Недавно открыли новый цех.

Благо дело, ходить далеко не надо — перешли через дорогу, вошли на фабрику. Что сказать? Во-первых, Келера тут уважают, кланяются безостановочно. Во-вторых, все оформлено в стиле «бедно, но чисто». Небольшие, деревянные цеха, отсутствие вентиляции, бесконечный «проходной двор».

Вот в этом закуточке клепают измерители давления, вон в том углу стрептоцид варят, а здесь у нас бриллиантовую зелень разливают по склянкам. И где в эту тесноту пихать технологический процесс по пенициллину? Не говоря уже об инсулине: там на одни склады с холодильниками вся имеющаяся площадь и пойдет. Но я кивал и улыбался, жал руки и отвечал на вопросы сотрудников. Говорил подобающие случаю вежливые слова и проявлял энтузиазм.

Но Келера на такие фокусы не купишь, он и сам улыбаться умеет, скорее всего, даже лучше меня.

— Не понравилось, Евгений Александрович?