Вот дался ему этот аквариум. Хотя денег он, конечно, «съел» прилично — порядка семи тысяч рублей, если считать с доставкой экзотических рыбок, фильтрами и прочей подсветкой.

— Жизнь вообще несправедлива, Николай Александрович, но есть справедливые люди. Капитализм — это система, которая позволяет талантливым и трудолюбивым людям подняться из низов. Я сам начинал простым врачом на Арбате, и вы знаете об этом. Это было даже не нулевой уровень, а минус первый этаж — у меня была сломана спина. Но благодаря упорному труду и предпринимательской жилке смог достичь успеха.

— И вы считаете, что у всех есть такая возможность?

— Не у всех, но у многих. И с каждым годом таких возможностей становится больше. Посмотрите, как растет средний класс. Еще пятьдесят лет назад о таком и мечтать не могли — были только помещики, да крестьяне. Вон, взгляните! — я махнул рукой в сторону Дворцовой площади, где молодожены с родственниками вставали у Александровской колонны напротив треноги фотографа. Рядом стоял, крутил усы городовой. Явно «подмазанный».

— Но все равно, разрыв между богатыми и бедными слишком велик…

— Согласен, и над этим нужно работать. Но не путем насильственного передела собственности, а создавая условия для развития экономики и социальных лестниц. И бороться не за то, чтобы не было богатых, а свести количество бедных к минимуму. Поверьте, это намного труднее. Я, например, финансирую пастеровские станции по губерниям — и вы отлично об этом знаете, сами готовили «витязей» к вояжу по стране. Я выделил гранты способным студентам в Московском университете, вот собираюсь премию медицинскую основать.

— И вы считаете, что этого достаточно?

— Нет, конечно. Но это шаг в правильном направлении. Понимаете, Николай Александрович, нельзя построить справедливое общество, разрушив существующую систему. Нужно постепенно улучшать её, сохраняя то, что работает эффективно. И я точно уверен — начав все разрушать работающее ради лучшего, более справедливого мира, вы в итоге окажетесь в таком несправедливом, ужасном аду, что впору только пулю в лоб. Вспомните французскую революцию. Там тоже народ был недоволен королем. И кстати, совершенно справедливо недоволен. А чем кончилось? Сами все легли под гильотины, породили Наполеона, а тот устроил общеевропейскую бойню, в которой погибли миллионы людей. Нет, уж, Николай. Только медленное, эволюционное движение вперед. Никаких революций и рывков — пятилетка в три года…

— Простите, я не понял про пятилетку.

— Не обращайте внимания, это такая малоизвестная шутка в узких кругах.