Заведующая погружается в мысли. Пока она насыпает кофе и разливает кипяток по чашкам, не произносит ни слова.

— Интересный ты человек, Альберт Ветров, — говорит она, — сам ходишь чёрти в чём. Я бы в таком в огород, курей кормить не вышла. А рассуждаешь о деньгах. О больших деньгах.

— Я фотограф, — говорю со всей искренностью, — мне аппаратура нужна. Она очень дорогая. Я на неё если заработаю, то к старости. А мне сейчас нужно.

Взгляд у заведующей смягчается. Мой аргумент кажется ей весомым. Если понимаешь другого человека, с ним легче сотрудничать.

— Ты мне фотографии обещал, — меняет она тему, —опять зажал?

— Ни в коем случае, — достаю из рюкзака папку и выкладываю перед заведующей фотографии Лиды.

Одну за другой. Сверху, как козырным тузом, накрываю стопку фотографией в купальнике на причале. Работница торговли залипает. Не зря Подосинкина в бутылку полезла. Фото получилось не только красивым, но и очень чувственным.

Оно притягивало взгляд. Оно будоражило. И если в мужчинах оно вызывало понятные чувства, то в женщинах, скорее всего, ревность. Чем заслужила эта мелкая соплюшка, чтобы её ТАК сняли?

— Эффектно, — кивает наконец заведующая. — Ты не врал, у тебя действительно талант.

— Тогда можно еще одну просьбу?

— Ну ка?

— Никто из ваших знакомых свадьбу играть не собирается?

— Зачем тебе?

— Хочу предложить себя в качестве свадебного фотографа.

Она прикидывает что-то в голове.

— Фото оставишь, чтобы я показать могла?

— Да, пожалуйста!

— И сколько ты хочешь? — заведующая готова торговаться.

— Бесплатно.

— Скооолькоо?!

Кажется, я наконец, сумел её удивить.

— Безвозмездно. То есть даром, — повторяю я.

— А тебе зачем? Водки хочешь выпить на халяву? — её губы презрительно кривятся.

— Я не пью на работе, — терпеливо объясняю. — Я знаю себе цену. Пока она — никакая. Даже ниже, чем ноль. Потому что люди могут пригласить незнакомого фотографа и остаться совсем без снимков. Они рискуют. Поэтому мне нужна репутация. Нужно, чтобы обо мне узнали. Быстро, только кошки родятся.

— Хорошо, я поспрашиваю, — на лице Людмилы Прокофьевны уже нескрываемое удивление. — И ещё. Может, тебе нужно чего? Помочь? Достать?

Неужели у неё совесть проснулась, после того как она меня с книжками кинула? Или это снова корысть? Узнать, что я попрошу и использовать в своих целях?

— Есть одно…

— Так ты не стесняйся!

— Можете достать мне пепси-колу?

* * *

Почему я позволил так нагло кинуть меня с книгами? Я не считал их серьёзным источником дохода. "Хапнуть" первоначальный капитал, чтобы купить аппаратуру и одеться приличнее. Не более.