— Не поверишь, но бабки мне мои нужны, — хмыкнул Кабан.
— Бабки всем нужны, — в тон собеседнику усмехнулся я. — Но я-то тут при чем?
— Дуру не гони, студент. Ты сто сорок восемь штук мне торчишь, которые в камере ночью проиграл. А карточный долг, сам знаешь, дело святое. Вот я и звоню, значится, уточнить: когда за баблом своим мне заскочить?
— Кабан, ты пьяный что ли? — фыркнул я и, включив дурака, продолжил: — Какой еще, в жопу, карточный долг? Я, вообще, к карточным играм, знаешь ли, с детства равнодушен. А уж на деньги с тобой, по любому, играть не стал бы. Да, припоминаю, там в камере вы с приятелями уговорили меня на фишки в «очко» подурачиться. Но никаких денег за игровым столом точно не было. Так что не надо мне тут про выдуманные тысячи долга сейчас затирать!
— Ах ты псина! На дурака соскочить решил⁈ — ожидаемо взбеленился в ответку бандос. — Да я ж тебя, говнюк ты мелкий, на куски живым рвать буду! А перед этим мамашу твою у тебя на глазах кенты мои так во все щели выдерут, что у тебя от уведенного зверства кровь из глаз польется!..
— Давай, давай, ори больше, — фыркнул я, ничуть не испугавшись озвученной расправы. — Я разговор наш с первой секунды на запись поставил. Отправлю копию в полицию, настрочу та тебя заяву. И ты, сука, со своими обоссанными кентами, на пушечный выстрел к нам с матерью не приблизишься!
— Че⁈
— Хрен в очо!.. А то нашел терпил, на пустом месте какой-то мифический долг требовать.
— Мифический⁈ — взвыл доведенный до белого колена Кабан. — Да туча народа видела, как ты мне вчера сто сорок восемь тысяч за карточным столом проиграл!
— И этот весь народ сто про сплошные твои кенты, — фыркнул я. — Которые, разумеется, любую чушь твою с готовностью подтвердят.
— А ты ж ушлепок!..
— От такого же слышу!.. Короче, кроме безумных фантазий своих, у тебя есть что-то конкретное мне предъявить? Типа расписки, там, заверенной подписью?
— Разумеется, была расписка! Сам же ж ее вчера за столом мне написал!
— Я? Тебе?.. Не-е, че-т не припоминаю такого. Походу, Кабан, ты опять на понт пытаешься меня взять? Не надоело еще фигней страдать-то?
— Говна кусок, да я тебя!..
— Граждане полицейские, вы слышите, как на пустом месте угрожают бедному студенту, — уже откровенно угорал я.
— Была расписка! Студент, сам же об этом прекрасно знаешь! — не унимался упрямый бандос.
— И куда в таком случае, стесняюсь спросить, эта ценная бумаженция подевалась?
— Исчезла, млять! После шмона, в камере устроенного!
— Сомневаюсь, что, кроме тебя и твоих кентов, еще кто-то здравомыслящий в этот откровенный оговор поверит, — фыркнул я. — Засим, предлагаю прекратить бестолковый спор, и…