— Ну двинулись тогда, Федя, — вздохнул я, вставая и с усилием поднимая тяжеленный рюкзак с привьюченной к нему палаткой. — Лопаты, кирку, лотки взяли?

— Всё взяли, начальник, — махнул рукой он. — Не первый день в тайге.

* * *

Геолог — это очень много ходьбы, причём в основном по горам — на равнине мало что лежит. Или, сказать точнее, мало что можно найти без серьёзного оборудования. Но как ни скажи, а на равнине простому геологу с молотком делать особо нечего.

Геология мне всегда нравилась, а вот ходить по горам целыми днями я небольшой охотник, оттого и выбрал специальность, где занимаются большей частью аналитикой. Но жизнь, как всегда, внесла свои коррективы. Мы лазили по невысоким горам западных Рифеев почти месяц, и я уже потерял счёт большим и малым ручьям, которые мы обследовали. Не все они были пустыми — золота в Рифеях много, — но такой россыпи, чтобы хватило для средней артели как минимум на сезон, а лучше на несколько, пока не попадалось.

— Да пусто здесь, Артём! — заявил Фёдор, в сердцах бросив лоток. — Девять лотков уже промыли, и на девять лотков всего две золотинки.

Михей, как всегда молча, набирал лопатой в свой лоток очередную порцию грунта, и на истерику Федьки не реагировал.

— Да, золотинок маловато, Федя, — согласился я. — Но они большие, вот в чём дело. А это как раз очень хороший признак жилы с крупными включениями, то есть выше по течению может лежать россыпь самородков.

— Крупная золотинка ещё не значит, что выше самородки лежат, — упрямо возразил Федя.

— Не значит, спорить не буду. Но видишь вот этот камень? — я подобрал с берега маленький камешек, похожий на большую фасолину — один из многочисленных голышей, хорошо обкатанных быстрой водой. — Это кварц, но не белый, а жёлтый, а это говорит о присутствии сульфидов.

— Ничего не понял, — хмуро сказал он.

— Это признак золотоносной жилы, Федя, — объяснил я. — Так что кончай выступать и бери лоток. Нам придётся этот ручей обследовать основательно, вплоть до самых верховий. Переходите саженей на пять выше и начинайте промывать там, а я пока похожу, посмотрю камни. Если найду пириты, то это почти наверняка хорошая жила.

— Всё правильно говоришь, — одобрительно заметил чей-то голос. — Сразу видно образованного человека. Геолог?

Я резко обернулся. Совсем рядом на большом булыжнике сидел белобрысый парень и доброжелательно на меня смотрел. Каким образом он сумел подойти к нам практически вплотную и устроиться на этом камне, было совершенно непонятно. Может, он здесь с самого начала сидел? Но тогда каким образом мы умудрились его не заметить? Я настолько растерялся, что не смог ничего ответить, а просто подтверждающе кивнул.