— Невероятно… — прошептал Джейкоб, потерявший где-то правый ботинок.

На его глазах воин спускался с небес, будто шагал по полыхающим от огня облакам. Всё его тело было окутано льдом, подобно доспехам, с плеч которых тянулись водяные змеи, образующие плащ. Над его головой горел огонь, ставший ореолом, а вокруг него трещала молния. Столь оглушительная, что её треск пробивался даже сквозь пострадавший слух Джейкоба. Но больше всего внимания юноши привлёк молот. Чёрный, как солнце во время затмения, и полыхающий в минуты его рассвета.

Вокруг незнакомца, усиливая его образ ещё больше, вращались, словно сферы, уже виденные юношей стихии. Они были будто продолжение его тела, столь идеально гармонируя и дополняя друг друга.

Секунда, два, и Джейкобу отчётливо показалось, что незнакомый воин посмотрел прямо на него. Сквозь ледяной шлем были видны его полыхающие золотым пламенем глаза, но не более того.

А затем он спустился. Резко, как пикирующий сокол, устремившийся к своей добыче. Прямо в полёте он схватил непонятное существо за шею, отчего то заревело с утроенной силой, и взмыл в небеса!

Джейкоб улыбался, напрочь не слушая своих выживших в этом хаосе слуг и бережно поглаживая камеру-артефакт. Секунда, да… Но ему хватило! Этого хватило, чтобы сделать снимок! Теперь-то он докажет отцу и всем тем, кто над ним смеялся, что его хобби не только полезно, но и интересно!

Ну, а бабочку он потом поймает и сфоткает… главное домой добраться, чтобы проявить снимок и показать его всем! Жаль только, что не получилось сделать его на близком расстоянии. Но ничего, когда отец увидит, он всеми руками будет за то, чтобы найти этого воина! И тогда Джейкоб сделает нормальное фото! А может даже селфи, но это не точно…

* * *

Вот же ж, сраный демон! Не мог просто сдохнуть, или вообще не приходить в мой мир! Сначала Гордыня, потом Похоть и Лень, а теперь вот это! Не хватало тут ещё Обжорства!

—Ра-ар! — взревел Грех, упавший на землю, отчего раздался натуральный взрыв!

С начала появления Обжорства схватка приняла крутой поворот. Своим ударом я его не прикончил — хотя очень хотелось — и пришлось разделиться. Вместе с Гордыней и Похотью эта тварь сильна. Подпитывается от них, а тем поделиться силой пусть и не радость, но обстоятельства обязывали. Вот и пришлось Генералу разминаться с Гордыней, понявшим, что запахло жаренным и сосредоточенным на бое с бывший учителем, а Заебосу и Изи досталась Похоть. Огнебрюх жив, энергию качает из меня исправно, а значит дела у них идут хорошо.

Так, а это кто ещё?

Внизу, будто уцелевшие в бомбёжке, копошились люди. Десять человек в форме, чем-то напоминавшую Охотников из Центра. И пацан, мой ровесник, растрёпанный и ошалевшими большими из очков глазами смотревший на меня.