Взмахнув мечом и собираясь нанести удар, мужчина закрыл глаза и приготовился почувствовать боль, после которой настанет смерть.

Но вот прошла секунда, а за ней вторая… А когда он приоткрыл веки, то с удивлением обнаружил вокруг себя золотистый купол. И мало этого, так спустя миг возле купола мелькнула тень, а затем раздался грохот и визг!

Вильгельм уже хотел списать всё происходящее на яд, если бы не творящийся за куполом хаос, происходящий в реальности!

Человек… Обычный полуголый и босой человек, измазанный в грязи, крови и листьях, избивал голыми руками тварь, которая положила весь их отряд. От его ударов чешуя ящера трещала, будто хрупкий лёд, оголяя мясо и кровоточа. Все попытки чудовища огрызаться не приносили плодов, незнакомец будто чувствовал их и сам был похож… на зверя. Он то дело использовал местность, припадал на четвереньки, атаковал в прыжке и резко разрывал дистанцию, словно хищник, играющий с добычей. Даже его пальцы были сжаты так, чтобы походить на когти.

Завершив бой, незнакомец будто расстроился и ещё несколько секунд смотрел на погибшего, истекающего фиолетовой кровью ящера. Он что-то пытался увидеть в бездыханной туше, но стоило Вильгельму пошевелиться, как незнакомец резко дёрнул головой и посмотрел на него.

Непроходимый ком встал в горле мужчины, а его душа ушла в пятки, стоило их взглядам встретиться. В этом человеке было ЧТО-ТО ОЧЕНЬ НЕ ТАК. И дело не в полыхающих золотым пламенем глазах, а в исходящей от него ауре. Казалось бы, что маленький клочок джунглей Эпицентра, вечно живущий и дышащий, в один миг затих. Вся живность забилась в щели, боясь показаться на глаза хищнику.

Как бы то ни было, яд брал своё и Вильгельм не устоял на ногах. Он осел на землю, а когда купол исчез, то незнакомец в одно движение оказался напротив его.

— Ты умираешь, — он не спрашивал, а утверждал. В его голосе звучало полное спокойствие и безразличие.

С трудом, но Вильгельм кивнул. Нащупав на груди желтую запачкавшуюся от грязи веревочку, он сорвал с шеи открывающийся медальон и протянул незнакомцу:

— П-прошу… передайте моей семье… Вильгельм Райх… Прошу вас…

Незнакомец наклонил голову набок, будто раздумывал о чём-то, а затем произнёс:

— Этот зверь был загнан, — махнул он рукой на тушу ящера. — Его чешуя опалена и в ней застряли куски металла. Вы использовали артефактные крюки, чтобы поймать его?

Ещё один кивок умирающего мужчины.

— Зачем? В чём честь Охотника, если не в желании сразиться со своей добычей на равных?

Странные вопросы задавал незнакомец, и если бы у Вильгельма были силы, он бы даже ухмыльнулся. Разумеется дело в деньгах. Больших деньгах, обещанных за поимку твари живой. Ни о каком азарте Охотника не может идти и речи.