— А менты? Милютин же должен был выделить кортеж мусорской?

— Говорит водила, не было ментов. Пол часа стоял ждал. Так и не появились, — покачал головой Журик, взял кусок сала, кинул на хлеб и откусил, блеснув золотой фиксой во рту.

— В общем-то, Андрюша, я не знаю, что у тебя тут происходит. Но сроку тебе неделя фуру вернуть, — внимательно посмотрел на пожилого мужчину Вор, — груз внутри фуры крайне ценный для всего общества. Потому спрос с нее будет головой, — Журик будто невзначай провел пальцем по подбородку. Взял бутылку и налил себе водки, — так что завязывай бухать. И решай вопросы, кто это такой храбрый и зачем гадит на нашей делянке. Я даже подскажу тебе кто. Вроде как кличут его Митяем.

— Ты хотел сказать на моей делянке — зло посмотрел Хромой на гостя.

— Пока может и на твоей, — покачал головой Никита, — но кто знает, как сложится через неделю? Ну? Дай Бог не последняя, — Журик выпил, встал и вышел за дверь, пока Хромой сверлил его спину злым взглядом.

— Паша, — на выходе Вор поймал Черного и подозвал к себе, — смотри. Хромой бухает, ему похер все, и он видимо до конца не вкуривает всю серьезность ситуации. А как проспится, ты ему напомни, что я говорил. Если к следующему вторнику груз вместе с угнанной фурой вы не достанете, — Журик сделал паузу и продолжил, — Люди будут не довольны. Причем радикально недовольны. Вкурил? Или разжевывает надо, чо с вами будет? — Черный сбледнул с лица и быстро покачал головой несколько раз из стороны в сторону, потом еще какое-то время наблюдал как Журик надевает в прихожей обувь и выходит за дверь. Когда та хлопнула, Паша отмер и быстрым шагом вернулся в зал.

— Сука! Какая же он сука! Да у меня на киче больше лет отмотано, чем у него цифр в паспорте! Щенок, твою мать! — Хромой злой как черт сидел и пьяно стучал кулаком по столу под звуки подпрыгивающих тарелок, будто в этом столе и заключались все проблемы авторитета, — общая блядь делянка? Я им с грузами решал. В общак заносил. Помогал по всем вопросам. А они чего? Их бляха муха эта делянка, — мужчина на секунду притих. Поднял рюмку ко рту, выпил, разливая часть водки себе на рубаху и, вытерев рот тыльной стороной ладони, посмотрел на Пашу, — что там у нас на аэровокзале? Истомин, директор этот, совсем попутал? Какого хуя мне говорят, что у нас на нашу тему Митяй сел? Его же выкинули с Шарика? Как собаку! Куда он рыпается? — видя, как Паша молчит и ничего не отвечает, Хромой задумался и рубанул рукой по воздуху, — встреться с гребанным афганцем. Пусть забьет на субботу стрелку Митяю. Будем решать вопрос радикально. И с Митяем этим и с грузом. У меня эта шавка лобненская в печенках уже сидит. Сам сученышь напросился! — Хромой снова поднял взгляд на Черного, — слышал, Косой? Встреться с Сержантом. Пусть договорится о стрелке. Там же в лесопарке. Или если зассыт гопник этот, пусть сам скажет где. Мне вся афганцев бригада понадобится.