— Спасибо, — Вова пододвинул к себе папку. Расшнуровал, полистал, а потом закрыл и даже локоть на нее положил, будто боялся, что она от него может сбежать или уползти, — вроде все нормально, — он обменялся внимательными взглядами с Рэмбо.

— Ну а как иначе может быть? — пожал плечами Хромой и отпил компота из стакана, — по точке на Шарике все как и говорил Паша, — Андрей кивнул на Черного, который весь вечер сегодня исключительно молчал, — заберете и она ваша. Половину с барыша отстегиваете мне. Деньги раз в месяц можете завозить в Афродиту. Что то еще?

— Да вроде бы все, — кивнул Вова.

— Когда думаете лобненских выбивать с точки? — спросил Паша, которому видимо надоело молчать.

— На следующей неделе. Или горит? — уточнил Сержант, подливая себе и другу водки на пол рюмки.

— Нет. На следующей нормально, — Хромой отодвинулся от спинки стула и поставил локти на стол, внимательно глядя на гостей, — вы уж покажите этим говнюкам, чтоб запомнили, что на Долгопенских лучше не тявкать. И если главного их Митяя так или иначе не станет, скажу честно, я совсем не расстроюсь, — авторитет пристально посмотрел на военных холодным взглядом, поняли ли они намек? Вова на это нейтрально пожал плечами и ничего не ответил, продолжая насыщаться остатками ужина на дне горшочка, — только вот что, старайтесь на территории Долгопы не шуметь. Работайте лучше в Лобне, чтоб вот таких папок как у тебя больше не появлялось, — в задумчивости постучав пальцами по столешнице, Хромой добавил, — если хорошо сработаете, прикинем, может подтяну вас, ребятки, к каким-то еще делам. Более серьезным. Мне толковые и умелые люди всегда пригодятся.

— Время покажет, — нейтрально ответил Вова, кладя вилку возле опустевшей тарелки.

— Ну вот и ладненько,– кивнул Хромой и поднялся из-за стола, — тогда если все обсудили, я вас не задерживаю, ребятки. Вы уж извините, что посидеть еще не предлагаю, после ужина надо немного прикорнуть. Старость, будь она неладна. Макар, проводи ребяток.

Вова и Рэмбо распрощались с хозяином и вышли во двор, где, одетые в иностранные куртки аляски, стояли и курили сын Хромого со своим другом Борисом. Поймав взгляд Вовы на себе, Лелик повернулся к нему лицом, расплылся в презрительной улыбке и направив указательные пальцы в сторону военных со звуком «Ту-ту-туф» сделал вид, что в них стреляет. Громко заржал, и, сплюнув себе под ноги, совершенно довольный собой он снова повернулся к другу Борису, продолжив беседу.

А в это время Хромой задумчиво крутил опустевшую рюмку в руках, сидя за опустевшим столом. Почти опустевшим. Паша Черный по прежнему сидел рядом. На него Андрей Павлович и посмотрел: