— Ага, так что спасибо, студент, от Родины за учебу. Было познавательно. — Влад крепко пожал мне руку. — И чего встали? Быстро в душ и на ужин!
Глава 17 Все точки над «I»
— Сергей, это безответственное поведение с твоей стороны. Мне и без тебя тумаков от начальства хватает.
— Виноват, исправлюсь, больше не буду.
Даже кратковременное общение с военными дает свой эффект. Как там у Петра Первого? "Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство".
Проф не выдержал и махнул рукой, а вот Марго заливисто захохотала. Ага. Это они меня пропесочивать собрались. Ну-ну. Даже в армии это далеко не всем удавалось. Методом шишек я набрел на самый очешуительный способ взаимодействия с руководством — Забей куй на все. У любого начальника есть некий останавливающий болевой порог. Ну а если это неисправимый дуболом или альтернативно одаренный, то вам там точно не место. Вы его не окрасите.
Проф ехидно цедит:
— Похоже, что и мозги у вас по мнению Евгения понемногу разжижаются. Молодая кровь вымывает там целый ряд всего полезного.
— Ну что есть, то есть. Главное — чтобы Кремль стоял!
Тут уже прыснули оба. Я же задал совершенно неприличный при известных обстоятельствах вопрос. Могу огорошить родных людей на ровном месте:
— А есть фармакология какая-нибудь, чтобы мне либидо малость приглушить.
На этот раз смеялся Прохоров, а Маргарита смотрела на меня, как на идиота.
— Да, молодой человек, вас, видимо, только могила исправит.
— От молодого и слышу!
— Хватит, мальчики ссориться, — Марго умеет напускать в голосе бархату. — Сейчас что-нибудь придумаем. Схожу пока к Женечке за кофе.
Я заметил каким взглядом провожал Проф обтянутую юбкой попку женщины. Значит, и этот слюну на нее ронял. Все мы одним миром мазаны!
Кофе был классным, с каким-то неуловимым привкусом. Он отлично оттенял вкус дорогого шоколада. Глаза Марго поблескивали, когда она кидала в мою сторону свои лядские взгляды. Проф все больше помалкивал, размышляя о чем-то великом. Так что бразды управления разговором пришлось снова взять мне.
— Итак, товарищи. Что все-таки будем делать с вечной молодостью?
— Жить! И на счет вечной у меня большие сомнения. Просто в твоем теле процессы пошли несколько по-иному. Делов-то! Равновесие рано или поздно должно наступить.
— И до этого вы будете меня изучать как подопытного мыша?
— Не говори ерунды, Караджич. Нас не так много, чтобы разбрасываться кадрами. Я даже больше скажу — нас очень и очень мало. Хорошо хоть здесь не все оказались идиотами, сами начали работу. В чем-чем стране Советов не откажешь так это в умении, когда следует, хорошенько поднапрячься. Их хлебом не корми — давай аврал или субботник!