Глава 8 . Особенности межнациональных отношений
Настроение хорошее. Билеты заказаны. Овсянников пышет позитивной энергетикой. На раскопках меня ждут, не дождутся. Так что послезавтра с утра автобусом до Лешуконского, а там на Эльке до города. Осталось уладить дела с Истоминым. Вроде как три сотни я честно заработал. Может, и больше. Жаль, что приходится уезжать. Компания здесь веселая, Нюрка опять же и прочие радости студенческого бытия. Песни под гитары по вечерам, довольно смелые разговоры про жизнь. Ребята как один подобрались умные и нестандартные. Далеко пойдут! Им бы еще в головы вбить чего полезное. Но партия и комсомол так постарались, что замшелые догмы для них не более чем тлен. Где же, черт побери, вся наша общественная наука? Строчит доклады и сомнительного качества записки? Лучше уж разогнать к чертям всю эту квелую публику!
У меня уже выбраны жизненные приоритеты, так что с легким сердцем качу обратно. Деньгами снабдят. Я более чем уверен, что кроме официального оклада буду получать «взятки» от Марго или Профа. Так на полном ходу подкатываю к строящемуся зданию. Объезжая импровизированный забор, тащу велосипед к бытовке и слышу девичий визг. У нас там оборудована летняя душевая. Дневного солнца еще хватает, чтобы нагреть к вечеру воды. А мне интересно узнать, кто тут озорует.
Картина маслом. Парень характерной наружности пытается сквозь неплотно подогнанные доски рассмотреть, кто там моется внутри. Ржет, веселится, видимо, его заводит крик Верки. Ладно бы был местный, их есть кому приструнить, если нажрался и берегов не ведает. Можно и просто в морду дать. Утром прочухается и не обидится. Еще проставится за косяк. Дело то между своими. А вот кто этот чужак?
Начинаю вполне вежливо. По деревенским меркам, разумеется.
— Эй, тебе чего тут надо, паря?
Чужак оглядывается, замечает меня и злобно сплевывает. Сразу настроен на агрессию. Помешал я ему…
«А тут дело пахнет керосином!»
— Слишь, хья, отойди.
Охренеть! Человек, переживший девяностые в полном их раскрасе сразу может определить лицо этой кавказской национальности. Уж очень они отличаются от других жителей тех южных мест. Плюс характерный акцент. Но черт побери, откуда он тут такой наглый взялся? Я еще понимаю город, рынок, но в богом забытой деревне? Насколько помню этот народец, они напрочь отмороженные, потому действовать надо стремительно и свирепо.
— От душевой отошел быстро!
— Чьо сказал?
— У тебя, ишак, в уши насрано?
— Ты хто тякой. Ас хья суна! Да я тебя!
— Так и думал, что ты овцу в горах трахал!
Чеченец всерьез разозлился. А мне того и надо было. Злость заменяет собой самообладание, так необходимое в драке. По походке и движениям заметно, что парень чем-то занимался. Они все там чем-то занимаются. Джигиты ведь! А я в самом начале заметил прислоненный к стене старый черенок от лопаты. На нем налипло не менее двух кило цемента. То, что надо!