— Уф-ф… — Наконец Марика глубоко вздохнула и открыла глаза. Слёзы больше не бежали по её лицу — наоборот, она улыбалась. — Джонни, кажется, я смогла ему помочь. И он знает об этом. Сказал, чтобы я не переживала за него, что теперь всё будет хорошо.

У меня словно камень с души свалился. Единственный мой друг будет жить!

Разговор с наставником и мастером Гауссом состоялся глубокой ночью, когда все уже спали. Оба зашли в мою келью, когда я, вымывшись и переодевшись в чистую одежду, собирался провести тренировку, повторив все руны разума.

— Похвальное рвение, — негромко произнёс мастер земли, наблюдая за моими действиями. — Только тебе сейчас следовало бы развивать резерв сосредоточий, а не изучать новые руны, к тому же не родные твоим источникам.

— Я почти не знаю рун огня и пространства, — ответил я, поднимаясь с плащ-палатки, расстеленной на каменном полу.

— Мы исправим это, — улыбнулся каменнолобый. — Долгие годы мой народ находился в заблуждении, считая, что западная империя взяла покровительство над хранителями. Эта ошибка могла обойтись всей Гантее очень дорого. Я как старейшина предложу на совете каменного трона вновь наладить сотрудничество с хранителями. Через два, самое позднее три месяца сюда придёт караван со старшим учеником бытовой магии, чтобы привести в порядок храм. И самое главное, мы пришлём двух юных послушников. Мы все видели ледяное сердце бога — сила, скрытая в нём, не поддаётся описанию.

— Я правильно понимаю, что прелюдия окончена? — спросил я, чувствуя, насколько сильно устал.

— Я должен был это рассказать, послушник. Что же касается тебя и твоей сестры — я направлю с караваном несколько свитков с рунами огня, пространства и разума. Их привезёт старший ученик, маг огня. Думаю, он сможет достойно подготовить вас к поступлению в одну из наших школ. Как только вы оба достигнете пика развития в ранге младшего ученика, мы вернёмся к этому разговору. Сейчас же я от вас не требую никаких обязательств. Это всё, что я хотел вам сказать.

Утром, когда я проснулся, гостей уже не было. Как так вышло, что я не услышал их отъезд, стало ясно, стоило встретиться взглядом с учителем.

— Проснулся, Джоун, — улыбнулся наставник, в одиночку расположившись за кухонным столом с кружкой травяного чая. — Это хорошо. Присаживайся, я расскажу тебе, что ждёт вас с сестрой, если вы примете рабские условия каменнолобых.

Интерлюдия восемнадцатая

Джек Галл, новик Тароса

— Проходи, ученик, — произнёс Джамал, отступая влево. Джек оказался перед высокими вратами. Шагнув вперёд, он взялся за кольцо, собираясь потянуть на себя одну из створок, и тут же сердце скрутило сильнейшей болью. Учитель предупреждал, что будет больно, поэтому парень, скрипнув зубами, всё же нашёл в себе силы и дёрнул кольцо на себя. Лёгкий шелест — и ворота бесшумно открылись. В лицо пахнуло ароматными травами, от которых тут же засвербело в груди. Джек чихнул, отпустил кольцо и шагнул внутрь. Боль почти отпустила, и парень смог сделать три шага вперёд, прежде чем на него обрушилась незримая тяжесть. От неожиданности ноги подломились, и он упал на колени.