— Ну да, рассказывай. Я, между прочим, не для оправдания говорю. Еще чего не хватало, оправдываться, — грозно намекнул старпом. — Но для прояснения дела сказать обязан. Не знаю, чего она ко мне завалилась. Не заманивал. Тут и без приказа кэпа видно.… Э, я про такое объяснять не умею. Короче, если имеется мыслишка меня ножичком в печень угостить, то будет вовсе не по делу. Я к вашим сложным отношениям вообще боком.

— Ножичком? Даже мысли не имел, — почти искренне удивился Укс.

— Похоже, особо думать тебе и не надо, нож у тебя сам в руку прыгает. Команда видела, как ты со святыми братьями резался, что тут скромничать. В общем, вы разбирайтесь сами, я тут ни при чем, разве что тебе малость сочувствую, — старпом резко развернулся, но затоптался на месте и неуверенно добавил. — Профессора к делу притяни, она уж точно пьянчужку вразумить способна. Это вот… мелкое и симпатичное, возни стоит. Руки у нее дивные, вот истинно магические. Да и вообще…. Ну, а грешки… у кого из нас нет.

— Это верно, — признал Укс, занося бесчувственный груз в каюту.

Уложил, разул, сняв великоватые епископские полусапожки, смотал портянки-обмотки. Вот пьяная в жопу, а портянки не хуже носочков намотаны, даже с ровными отворотиками. Видел ли ты, Логос, такой странный нонсенс?

Логос помалкивал в недоумении, пьяньчужка безмятежно посапывала. Уксу внезапно стало смешно. Отошел, пошире открыл окно — выхлоп кальвадоса наполнял каюту довольно плотно.

Текла за бортом и над мачтами «Генриетты» бесконечная Бездна, а за ней имелись и иные миры, еще более бескрайние. Возможно ли всё это вообразить, осознать, в полной мере бесконечностью восхититься? Нет, невозможно. Поскольку мысли все время вот к этому «мелкому и симпатичному», жутко упившемуся, возвращаются.

Укс сел в ногах койки, взглянул на сомнительный центр мироздания. Невменяемая Фунтик что-то этакое почувствовала, с чуть слышным стоном повернулась на бок, попыталась спрятать голову под подушку. Нет, это она свои силы переоценивает. Укс поднял с пола упавшую подушку, закинул на верхнюю койку, вышел на палубу и нашел ведро. Скорее всего, оно понадобится.

У каюты столкнулся с припозднившейся Профессором, та на ходу чиркала что-то карандашом в блокноте. Немедля восхитилась:

— О, ночная влажная уборка⁈ Уксик, ты меня не перестаешь восхищать. Что значат правильные корабельные порядки!

— Не особо восхищайся. Сейчас нюхнешь.

— Не-не, нет у меня привычки обнюхивать датых девушек, даже не уговаривай.

— Понятно. Надо думать, весь корабль в курсе.

— За весь не скажу, а с мостика мы визит старпома наблюдали. Я там с кэпшей вахту усиливала, о всяком философском беседовала, — пояснила Лоуд. — Ничего страшного, мы пассажиры, имеем полное право на культурный и бескультурный отдых. Была бы Фунтик настоящим членом команды, ох и высекли бы ее утречком.