Взбирался всё выше и выше шлюп по бесконечным течениям Бездны. Занималась команда службой и самосовершенствованием. Учились шикарно писать, работать ножом (Фунтик сознавала о зияющих провалах в этом столь нужном каждому путешественнику искусстве и пыталась наверстать упущенное), Лоуд читала разнопрофильные лекции и учила матроса сдерживать сексуальные эмоции. В моменты отдыха Укс брался за гитару, Профессор вспоминала вечное классическое:
— Эх, яблочко,
Да куда котишься?
Да на Лапуту попадешь —
Не воротишься!
Блистала за бортом слушающая Бездна, лихо притоптывал по выскобленной палубе Тощий — чувство ритма у него оказалось изумительным, а прогрессивная музыка немыслимо восхищала дремучую матросскую душу.
— Талант! — хвалила Профессор. — Его бы подстричь, запечатать в черную кожу и шипы — сядет за «ударную» установку хард-роковой группы, ух, задаст жару. Вот как в мирах все запущенно⁈ Кругом изумительные личности, но не дают им развиться, себя проявить. Эх, жизня-жизня…
И продолжали звенеть гитарные струны и голоса в пустоте:
Эх, яблочко,
Да в трактирчике
Продает огр
Да стары ножички.
Эх, раз купил товар,
Так давай денёжку…
Глава шестнадцатая Завершая свидание
Расчеты Укс делал, и даже в нескольких вариантах, но сейчас, глядя на мелко исписанные листы бумаги и на Бездну, понял, что можно было не возиться. Здешний мир на нюх ориентирован, в смысле, на интуицию и общее четкое понимание сюжетных законов. И это хорошо, поскольку подтверждает главное — насчет Фунтика.
— Он, что ли? Наш островок? — спросила Профессор, не отрываясь от подзорной трубы. — Что-то совсем уж мелкий.
— Таким и был, — пробормотал Укс. — А с расчетами я почти на сутки ошибся.
— Нормальная погрешность для подобных исчислений, — заверила главная научная руководительница. — Эй, на штурвале, курс на вон ту фигню!
— Мой ваш наук вообще не понимает, — ответствовал Тощий, поворачивая штурвал. — Идти, да. Зачем, а?
— Вот почти отучили тебя ругаться, а избыточного текста стало только больше, — вздохнула Лоуд. — Надо нам туда, ибо пожитки и вспомогательный личный состав на данном берегу остался.
«Еху», напряженно клокоча винтами, взбирался вверх. Проплыла неприглядная подошва «линзочки», плоская грань берега…
Остров был пуст. Знакомая лужица-озерцо, изрытый песок, но ни «Фьекла», ни кочегара.
— Свалил, подлюка! — констатировала Лоуд. — Изловчился таки. Но ведь и аппарат прихватил, и вот это немного неожиданно.
Укс только сплюнул в бездну. Насчет кочегара предполагалось, с ним-то сюжет стандартный, хвостач, он всегда хвостач. Но нахрена нерабочий дирижабль было уводить?