В счастье Укс никогда не верил, но вот в эти дни засомневался. Впрочем, к демонам точности словесных формулировок. С Фунтиком было просто хорошо.

По комнате ползли предутренние тени, на перине было тепло.

— Странное ощущение, — невнятно сказала Фунтик, уткнувшаяся носом в мужское плечо. — Каждый день как последний, хочется быстрее уйти. Чтобы побыстрее вернуться. Не сюда, конечно, а просто к тебе. И даже иногда кажется, что такое вполне возможно.

— Так оно и есть. Не спорю, сложное дело. И вариантов много. Если нужно, я потом у вас останусь.

— Не, там плохо. Иногда до невозможности плохо, тоскливо и страшно.

— Выдержи, пожалуйста. Когда Лоуд с…гм, основной научной группой туда доберется, станет если не хорошо, то повеселей уж точно.

Фунтик вздохнула:

— Не сомневаюсь. Помоги нам боги всё правильно сделать. Даже думать жутко…

Нет, подруга пилота не была трусливой. Немножко склонной к «поплакать», это верно, такое уж строение слезных железок, чуть что, открываются шлюзы.

И успокоить Фунт Лиха всегда сложно — маленькое тело было жутко требовательным, упрямым, не желающим расслабляться. Укс вел хитрую осаду, мягкий и настойчивый штурм, и этот вкрадчивый неспешный процесс дико нравился пилоту…

Логос в эти ночи вообще не желал мешать: как отваливал с вечера, так только к завтраку и появлялся. А этим утром вообще опоздал.

Шум, вопли, странный, смутно знакомый звук. Дрему смыло, Укс скатился с перины, выхватил нож. Фунтик уже сидела с пистолетом в руке.

— Эй, спите что ли⁈ — орала во дворе мастерских Лоуд. — Вставайте! Свершилось! А я говорила, я предрекала!

Укс распахнул дверь.

Профессор прижимала к груди и тискала черного зверя — не особо крупного, но мускулистого, с уродливой, но обаятельной мордой. Зверь взвизгивал и взгавкивал, радостно лизал физиономию главной научной руководительницы.

…— Я утром к фонтану выхожу, а он бежит, ругается! — счастливо рассказывала Профессор. — Я говорила — только на собственную научную школу и можно рассчитывать! У нас опыт нестандартных решений, тщательно наработанная интуиция!

— Это что, собака? — прошептала глядящая из-за плеча пилота Фунтик.

— Она. В смысле он — кобель. Это наш, научно-экспедиционный. Отыскал нас как-то, — пояснил Укс, уже зная, что вот он — момент, когда всё изменится.

Пес, английский бульдожек, известный в некоторых мирах под именем Блэкхок, радостно поглядывал на Укса — оно и верно, пилот его кормил куда чаще вечно занятой Профессора. Ну и вообще — пес являлся полноценным, пусть и тыловым членом научной группы, тут деление на хозяев и питомцев было абсолютно неуместно.