Она решила: будет собой. Как в приюте. Как в парке. Потому что если он полюбил её настоящую — зачем притворяться?

На следующий день после работы Дмитрий ждал её у офиса на своей чёрной машине. Анна села, поцеловала его в щёку.

— Волнуешься? — спросил он.

— Очень.

— Не надо. Там только я и ты. И Шустрик, если захочешь взять его с собой.

— Шустрик?

— Почему нет? Это твой дом. Ты можешь приходить с кем хочешь.

Анна улыбнулась. Она не взяла Шустрика — щенок был ещё мал и боялся новых мест. Но предложение её тронуло.

Они поехали в центр Москвы, в сталинскую высотку на Котельнической набережной. Анна смотрела на здание, на огромные люстры в подъезде, на швейцара в ливрее — и чувствовала себя Золушкой на пути в замок.

Квартира Дмитрия оказалась на последнем этаже. Трёхуровневая, с панорамными окнами, видом на Москву-реку и Кремль. Анна вошла и замерла. Мебель из тёмного дерева, картины на стенах, рояль в углу, библиотека во всю стену. И тишина — никакого собачьего лая, никакого Шустрика, никакой жизни.

— Ты здесь один живёшь? — спросила она.

— Один, — кивнул Дмитрий. — Иногда приходит уборщица. Иногда я готовлю сам. Но в основном — пустота.

Анна прошла по комнатам. Везде было идеально чисто, но безжизненно. Как в музее. Ни одной личной вещи, ни одного беспорядка. Это не было домом. Это была выставка богатства.

— Мне страшно здесь, — призналась она.

— Почему?

— Потому что здесь не пахнет жизнью. Нет еды на плите. Нет книг на диване. Нет разбросанных носков. Это не дом.

Дмитрий подошёл к ней, обнял сзади.

— Поэтому я и хочу, чтобы ты была здесь, — сказал он. — Ты принесёшь жизнь. И разбросанные носки. И еду на плите.

— Ты хочешь, чтобы я переехала к тебе?

— Да. Но не сейчас. Когда ты будешь готова.

Она повернулась к нему.

— Дмитрий, я никогда не буду готова жить во дворце. Я привыкла к хрущёвке, к щенку на диване, к запаху борща из соседней квартиры. Это моя жизнь. Если ты хочешь быть со мной — тебе придётся принимать и это.

— Я принимаю, — сказал он. — Я даже готов жить в твоей хрущёвке. Если ты позволишь.

Анна рассмеялась.

— Ты не выдержишь и дня.

— Проверь.

— Проверю. Приходи завтра ночевать. Диван скрипит. Шустрик спит на подушке. По утрам холодно, потому что батареи старые. Посмотрим, как долго ты продержишься.

— Спорим на желание? — спросил он.

— На какое?

— На то, что я продержусь неделю. И если продержусь — ты переезжаешь ко мне.

Анна задумалась.

— А если нет?

— Тогда я куплю новую квартиру. Не дворец. Обычную, как твоя. И мы переедем туда вместе. Вместе выберем обои, кухню, диван. Вместе создадим дом.