* * *

Двое суток спустя мы стояли возле небольшого храма Триединого бога. Чем дальше на запад, тем сильнее было влияние церкви Закатного королевства. А там, по словам купца, свято верили, что бог один, а Т’ар, Т’ом и Т’ир лишь его ипостаси, что сошли в мир после Раскола.

Храм этот больше напоминал монастырь и располагался в землях владетеля Боротудо, в дне пути от Причала и всего в лиге от «ничейной» земли. Скорее всего, позволение построить закатникам свой храм на землях Золотого Дола было ответным актом доброй воли на помощь в такой непростой дипломатии слабого аграрного государства со своим могучим северным соседом — Единой империей, в которой, к слову, на религию особого внимания не обращали. Не было там гонений на верующих, но и государство никак не поддерживало ни одну из конфессий, лишь храмы Триединого бога по негласному закону строить было нельзя.

Об этом месте мы узнали случайно от проезжающих навстречу паломников. И я уцепился за эту идею, чтобы решить несколько наших насущных задач.

— Добра тебе, человек, — приветствовал я то ли монаха, то ли послушника, отворившего калитку. — С кем я могу поговорить?

— Смотря, что ты хочешь получить от разговора, — ответил он.

Одет человек был в простую длинную плотную рубаху до колен. Никаких опознавательных знаков или атрибутов. Лишь амулет на его шее привлекал к себе внимание — на простой веревке болтались три серебряных пластины разной формы. Но если приглядеться внимательнее, то можно было заметить, что они, словно пазл, подходили друг к другу и были частями одного целого.

— Я не получить хочу, а отдать, — сказал я.

— Интересно… Что ж, поговорить можешь со мной. Я жрец Триединого и настоятель этого храма. Вот только пожертвования мы не принимаем, только службу. Чего же ты хочешь?

— Вы знаете, кто такие обездушенные, настоятель? — вздохнув, я перешел сразу к делу. Надеюсь, не ошибся.

— Да, знаю. А также знаю, как ими становятся. Осторожнее дальше, путник, со своими словами.

— Со мной 7 человек, обездушенных. Тот, кто сделал это — мертв.

Жрец посмотрел мне в глаза, а затем протянул открытую ладонь.

— Дай мне своё запястье.

Я послушно вложил свою руку в его и с интересом смотрел, как на моём запястье постепенно проступает метка. Нет, не та, что я видел у колдуна, а та, которую получил от Кромвеля ещё в отряде Вепрей. Так значит, она еще действует?..

— Это метка наёмников, — на всякий случай уточнил я.

— Я вижу, — жрец отпустил мою руку.

— Ну так что, возьмёте себе этих людей? Работники они хорошие, а что ещё делать с ними, я попросту не знаю.