— А ну открывайте! — заорал Квильком. — Не видите, постояльцы прибыли⁈

Но никто так и не появился, лишь лай собак стал сильнее по ту сторону забора. Собаки — это хорошо, подумалось мне, эти ва́ргов не подпустят. Но вот что-то и нас пускать никто не торопился. Минут 10 мы безрезультатно долбились в ворота, а хозяин всё не выходил.

— Дай ка я, — сказал Горунар и с подшага так впечатал в дверь свой сапог, что мне даже почудился треск древесины. — Открывай уже, а не то за топоры возьмёмся и сами откроем!

Через полминуты над частоколом появилась почти лысая голова мужика с щербатым ртом.

— Вы чего устроили⁈ Совсем сдурели что ли⁈ Ежели не открывают вам, то значит, и не ждут вас тут! Езжайте своей дорогой!

— Ты ополоумел что ли⁈ — взвизгнул купец. — Куда ехать-то, ночь непроглядная, а мы устали как собаки. Нам отдых нужен, еда и кров.

— А нету мест! Занято все! Поворачивайте, говорю!

— Да мы хоть во дворе встанем, — встрял я в разговор. — За ворота пусти, а дальше договоримся. Еда-то есть горячая, да воды помыться?

— Вот упрямые! Я же говорю, ну нет мест. Не пущу!

— Вот же сукин сын! — это уже купец. — Сколько ты хочешь за постой? Плачу 5 монет серебром, и ты наконец открываешь эти чертовы ворота!

По лицу мужика было видно, как жадность вцепилась в его горло. Он снова хотел послать нас куда подальше, но словно подавился и не мог вымолвить и слова. Чтобы закрепить успех, я решил еще немного поддавить на него.

— Ты решай быстрее, а то можем ведь и передумать, да и сами ворота открыть.

— 8 монет! — выпучив глаза и охренев от своей же наглости, выпалил хозяин трактира.

— Не наглей, — сказал я. — Сказано 5 монет, значит 5. Но за еду и за другие услуги отдельно заплатим.

Ещё за пару секунд что-то обмозговав, голова скрылась обратно за частоколом. А мгновение спустя, мы услышали скрип выдвигаемого засова и лязг ключа в замке. Ворота распахнулись, и мы наконец покинули такие неуютные сумерки, таящие в себе всё больше угрозы.

Во дворе не то чтобы было сильно светлее, горел лишь один масляный фонарь на крыльце главного здания, да неяркий свет лился во двор из окон первого этажа. Но как только ворота за нами закрылись на толстенный засов, всем стало спокойнее. Трактирщик же с подозрением посмотрел на раненую лошадь, но вопросов задавать не стал.

— Все комнаты заняты, в дом пустить не могу. В конюшню тоже. В вашем распоряжении сарай на одну ночь, но с рассветом чтобы вы и ваша телега были за воротами! И деньги вперед!

— Не дорого ли за сарай 5 монет? — недоверчиво протянул Хорки.

— А я вас не заставляю! — взвился мужик. — Ворота ещё раз открыть мне не лень.