На радостях Аня с Настей даже решили повторить тот наш вечер втроем, чему я совершенно не возражал. Соскучился за дни в пути по нашей близости. Надо наверстывать, а то потом опять в дороге возможности никакой не будет. Однако чтобы не плодить лишних слухов, ночевать после бурной ночи я отправился к себе в комнату.
А утром мне пришло приглашение в гости от некоего Ивана Саввича. Кто это такой — понятия не имею. На приеме его не было. Но чего гадать? Впереди у меня весь день, навещу человека, вдруг это будет судьбоносная встреча? Хотя может статься и так, что лишь зря время потеряю. Не стоит себя заранее обнадеживать.
Глава 11
22 ноября 1859 года
Приглашение к Ивану Саввичу было к трем часам дня, а до того у меня был свободен весь день. Отправив мальчишку-вестового с запиской о моем согласии на встречу, я задумался, чем заняться. Естественно в первую очередь провел свою тренировку. В пути не всегда удавалось не только позаниматься, но и даже привычное обливание сделать. А пропускать много занятий не стоит — физическую форму требуется поддерживать постоянно, а не урывками, иначе сам не заметишь, как все достижения на этом поприще растеряешь.
Проснулся я поздно — аж в десять часов. Конечно для иных аристократов и это рань несусветная, но я-то привык не позже восьми вставать. А тут улегся лишь в три ночи, вот и «проспал» свой привычный режим.
После тренировки я постучался в комнату девушек. Те еще спали, а дверь мне открыла Аня, заспанно при этом потерев кулачком глаза. В ночнушке на голое тело она выглядела не менее соблазнительно, чем вчера в платье.
— Вставайте, сони, а то весь день проспите и больше Воронежа не увидите, — с улыбкой сказал я ей.
— У-о-а, — громко зевнула Аня, — Роман, мы не как ты, ранние пташки. И легли же вчера поздно.
— Ну смотрите сами, я тогда без вас гулять пойду.
Эта «угроза» подействовала моментально. Тут же нахмурившись, Аня потребовала без них никуда не отправляться и пообещала, что через полчаса они будут готовы.
Свое слово девушка не сдержала. Мне пришлось ждать почти час, пока сестры привели себя в порядок, умылись и были готовы к прогулке. За это время я успел отправить Тихона разузнать — готовы ли наши кровати. А парень не только вернулся с тремя раскладушками и спальниками, но и «пожаловался»:
— Господин, они в нашу телегу не войдут. И лошадям еще тяжелее в пути придется. Мы и так-то весь караван задерживаем, что мне Иван Пантелеевич не раз высказывал, а тут и вовсе — через каждые два часа остановку делать придется, чтобы роздых им дать.