Понятно, что семьи бояр и дворян познатнее открывают мастерские или развивают торговлю, а государь это одобряет. Речь о народе победнее, которому надо заслужить своё право присоединиться к правящему сословию.
Или взять полицейские силы. Сколько татей переловлено, аж жуть. А ведь раньше с ними никто толком не боролся. Князь постоянно читает «Вести», начавшие выходить в прошлом году. Вначале он диву давался, что описываются и печатаются такие подробности. Там ведь не только про поимку разбойников пишут, но и про иные дела. Больше внимания царские писаки уделяют переменам и происходящим от них выгодам. Однако народ потихоньку привык и сразу осознал пользу от соблюдения новых правил. Взять мощение улиц, вывоз мусора со снегом, фонари на главных улицах, пожарные или полицейские дружины, готовые в любой миг прийти на помощь. Удобно же!
Хотя за всё пришлось платить. Так ведь сразу стало лучше. А поимка разбойников и очистка от нечестивцев торговых путей на Волге? Тогда чуть новое восстание не случилось. Волконский мысленно перекрестился, вспоминая времена бесчинств Стеньки Разина. А тут государь одним махом убил двух, а то и трёх зайцев. Калмыки, до этого разгромившие мятежных башкир, ударили по татям. Всем вышла польза.
Аюка предпочёл выполнить клятвы и склонил голову перед царём. Ещё и убрал часть орды подальше от русских городов, вроде Самары. Зато теперь тайша начал получать прибыль с охраны торгового пути. Пусть пока и махонькую. Ведь персы сразу повезли товар, который русские переправляют в Архангельск и Нарву. Вот такая взаимная выгода. Заодно возле Царицына построили чуть ли не новый город, состоящий из мастерских со слободами. Государь решил, что кожу и шерсть лучше перерабатывать поближе к степи, откуда кочевники гонят свои стада. Заодно мясом армию обеспечили, и купцы берут его хорошо, ведь вместе с мастерскими построили коптильни.
Или взять замужество сестёр. Фёдор Алексеевич вроде сам подобрал женихов, но позволил будущим невестам принять решение. И нашёл себе верных помощников. Вон собственный сын князя просто загорелся новым делом и поддерживает молодую жену, которая сейчас не праздна. Хотя неверно звать молодухой двадцативосьмилетнюю Софью. Кстати, Барятинским тоже повезло, ведь зрелая Марфа вышла за брата сегодняшнего гостя.
Сейчас ведётся борьба за право породниться с Романовыми через Екатерину и Марию. Но царь пока не принял решения. Зато объявил о скорых смотринах для Ивана. Князь подумывал отправить туда кого-то из девиц Волконских. Однако есть указание государя родниться с разными семействами. Оно и правильно, хватит им произвола времён Милославского. Пусть лучше будет семь или восемь родов, чем один подминающий всё под себя. Для страны оно полезно. Старому князю понятно желание царя укрепить свою власть и одновременно опереться на борющиеся между собой семьи. Всем им сложно договориться. А ведь есть ещё выдвиженцы молодого правителя. Взять тех же Лихачёвых или Башмакова, имеющих вес поболее многих старых родов.