— Чтоб через пять минут все были в автобусе! — Гаркнул Бобров, перекрикивая наше ржанье. — Опоздавшие пойдут на арену пешком!

Справедливости ради надо заметить, что Олимпийская деревня находилась в шаговой доступности не от всех площадок, где шли соревнования. До ледовой арены «Макоманай» всего метров восемьсот, до одноименного стадиона, где прошла церемония открытия, и теперь соревновались конькобежцы, столько же. А вот до второго крытого катка «Цукисамо», где мы тренировались, уже было около пяти километров. Нашим же фигуристам и фигуристкам до катка «Микахо» вообще приходилось добираться целый час на автобусе. Зато биатлонисты с лыжными гонщиками соревновались неподалёку от нашего олимпийского квартала. А где выступали горнолыжники, бобслеисты и саночниками я вообще за первые семь дней в Саппоро так и не узнал, не до того было.

После товарищеского матча со сборной ФРГ, который мы 1 февраля выиграли 14: 1, я развил бурную коммерческую деятельность. Сначала разведал, где какие магазины в городе имеются, где цены ниже, где выше, кто дорожит своим именем и следит за качеством товара, а кто нет. И после небольших дебатов с компаньонами, пришёл к выводу, что надёжней приобрести магнитофоны в большом центральном магазине на проспекте Одори. Дату сделки мы назначили на 11 февраля, сразу после игры со сборной Польши, чтобы потом ничто больше не отвлекало от важнейшей игры с Чехословакией.

Кстати, первый свой «ченж» я совершил 4 февраля с японцем, который координировал наши перемещения по Олимпийской деревне. Третьего числа состоялось открытие Олимпийских игр, а 4-го я уже свою чёрную тяжелую шубу и шапку, что нам выдало государство, махнул не глядя на три японских светло-серых пуховика и на черные штаны из такого же материала. Во-первых, не люблю шубы, а эта мне ещё была к тому же мала. Во-вторых, ходить при нуле градусов в шубе для меня слишком жарко.

— Зачем тебе три пуховых костюма? — Недовольно бухтел Боря Александров накануне игры с финнами.

— В одном ходить, два меньших размеров — продам, — простодушно ответил я тогда.

— Продашь, значит? — Пробормотал Боря, надевая один из пуховиков на себя.

Как итог: на матч с Финляндией в японских пуховиках поехали я, Александров и Скворцов. А к сегодняшней игре со шведами в точно таких же куртках ходила уже половина команды. Даже Всеволод Михалыч случайно намекнул, что тоже не против совершить такой же обмен «сувенирами».

* * *

Когда представители Шведской ассоциации хоккея спросили молодого канадского хоккейного специалиста Билла Харриса: «Сможет ли он гарантировать выигрыш золото Олимпийских игр в Саппоро?», то Билл без сомнений дал утвердительный ответ. Тем боле сборная Канады на Олимпиаду в Японию не ехала. Ведь все на Родине хоккея считали так, если канадские любители на равных бьются с сильнейшими сборными Европы и в то же время на голову слабее профессионалов из НХЛ, то, следовательно, профессионалы и есть истинные чемпионы Мира.