— Чего не понятного, — удивился Всеволод Михалыч. — В следующей игре после нас, сборная Чехословакии выиграла у Америки 5: 1. Скандал там был большой, опять арбитры набедокурили. Вообще на Олимпиаде слабое судейство. И если так дело дальше пойдёт, то в последней игре с чехами нам нужна будет только победа, ведь разница забитых и пропущенных шайб у них лучше. Хотя им шведы могут настроение испортить, обыграть или скатать в ничью.

«Точно, в той истории США выиграли 1: 5, а в этой, которую я невольно меняю, они проиграли с зеркальным счётом, — задумался я. — Зато вместо ничьи со шведами 3: 3, мы здесь выиграли 4: 3. Направится мне это всё, ой, не нравится».

— Михалыч, расскажи, что случилось в перерыве? Ты обещал. — Я присел на стул и приготовился слушать занимательную историю.

— Да, что говорить, — замялся старший тренер. — Когда судья начал нас засуживать, то я решил сказать ему пару ласковых на международном наречии. А тут как назло вмешался работник нашего посольства в Японии. Вот его я и толкнул один раз. Но на три буквы не посылал.

— Уже прогресс, — пробубнил я.

— Меня, наверное, после Олимпиады снимут, — тяжело вздохнул Всеволод Михалыч. — Сегодня все чиновники из федерации шарахались как от чумного.

— Херня, выиграем Олимпиаду, не посмеют, — я махнул рукой. — А если решаться, то я им покажу Кузькину мать. Такой «кипиш» подниму, что со всей страны гневные письма и телеграммы полетят в Кремль. Лучше думай Михалыч, как с чехами в последний день Олимпиады биться будем. Не нравится мне новая история. Неправильно всё пошло, наперекосяк.

* * *

Вечером в международный клуб заявились почти всей командой, кроме трёх, чётырёх человек, самых скупердяев, фамилии которых называть не буду. Молодые бросились отплясывать под ритмы зарубежной эстрады, а я присел за столик с молочным коктейлем. Обстановочка в клубе чем-то мне напомнила отечественные бары конца восьмидесятых, начла девяностых годов. Особенно похожей была одежда на посетителях. Например: джинсы на ногах и спортивная олимпийка на теле. Либо наоборот спортивные штаны в сочетании с джинсовой курткой вверху. Или кто-то пришёл в кроссовках, а кто-то в меховых унтах. Девушки иностранки отрывались на танцполе в вызывающих по длине и декольте платьях. А я, в знак протеста против уничтожения редких животных на планете, заявился в сером в ёлочку костюме из Мосторга. «Завтра куплю что-нибудь молодёжное», — решил я, рассматривая спортсменов из разных уголков мира. Кстати, в Японию приехали представители тридцати пяти стран, и самые экзотичные из них были Ливан, Новая Зеландия, Филиппины и Австралия.