— Я схожу с парнями пообщаюсь. У меня только левая рука в гипсе, а правая к воспитательной работе всегда готова.

— Только пообещай, что драться не будешь, — улыбнулась девушка.

— Клянусь нерушимым союзом Республик свободных, — пробурчал я.

А в раздевалке, как только я туда заглянул, тут же настала гробовая тишина.

— Что, не получается «забросать шапками» Воскресенск? — Зло прошипел я, пожав руку Всеволоду Михайловичу. — Одной ногой уже видите себя на льду японского Саппоро? Где одной рукой уже надели на себя олимпийские золотые медали? Так?

— Может, ты гипс снимешь? — Шепнул мне Сева Бобров. — Я тебя на всякий случай в протокол вписал.

— Зачем гипс снимать? — Ответил я громко. — Я и одной правой сейчас мозги кому надо вправлю. — Я показал огромный со сбитыми костяшками кулак.

— Иван, это не метод, — высказался со своего места Свистухин. — Мы же взрослые люди.

— Мы взрослые люди, но наши пелёнки висят на балконе ещё, — пробормотал я. — В атаке расставляться надо шире. Вошли в зону «Химика» покатали шайбу, покрутили там хороводы, наброс на ворота, подставление, мы же каждый день это отрабатываем на тренировке. Сейчас про заграницу забыли, про Олимпиаду тоже, встали, собрались и пошли.

— Правильно, — встал первым Николай пан Свистухин. — За котов!

— Вот именно за котов, я и постаю за вашими спинами во втором периоде. — Прорычал я. — Проконтролирую превращение команды неудачников, в команду чемпионов.

Второй двадцатиминутный отрезок парни начали с двойной самоотдачей. И даже шайбу забросили на двадцать пятой минуте, сравняв тем самым счёт, 2: 2. Отличился дальним броском от синей линии Юра Фёдоров. Но потом все атаки стали вязнуть в плотной обороне воскресенского «Химика».

— Хитрость бы, какую придумать, — тихо сказал Сева Бобров, когда мы стояли рядом за спинами наших хоккеистов. — Был бы ты сейчас на поле, мы без всяких выдумок шайбу бы затолкали.

— Ну да, ну да, — пробормотал я. — Михалыч, а где мои хоккейные шахматы? — Я прямо вздрогнул, когда родилась в голове отличная идея.

— Да вот у меня в кармане, — Всеволод Михалыч протянул мне пластиковую коробку, которую он вынул из кармана брюк. — Показывай что сочинил?

— Мы разыгрываем «Гоп со смыком», когда трое нападающих выкатываются на двоих защитников, так? — Спросил я, расставив фигурки хоккеистов на маленькой хоккейной коробке.

— Так, так, не тяни время, — поморщился главный тренер, кинув на табло, где часы показывали двадцать седьмую минут игры.

— А теперь смотри, что получится, если делать такую атаку пять на пять с ходу, в быстром нападении. — Я передвинул фигурки красного цвета. — Допустим, в зону атаки первым врывается крайний левый нападающий и резко тормозит. Центральный игрок ускоряется на левую штангу, а крайний правый на правую штангу ворот соперника. Посмотри, что происходи с обороняющейся командой. — Я сдвинул хоккеистов черного цвета, и в центре зоны атаки образовалась пустая полость. — Вот сюда на чистый лёд вкатывается правый защитник и его никто не держит и не встречает. Делай, что хочешь.