— Какого чёрта ты тут делаешь⁈ Какого хрена ты сюда пришёл⁈ Да я тебе сейчас голову оторву! — Заголосил непонятливый афроамериканец. — Смотри мне, мудак, в глаза!

После последней фразы рассудок буквально на одну секунду покинул мой мозг, а за этот короткий промежуток времени бузотер зачем-то лицом клюкнул в столешницу основательной деревянной барной стойки. Само собой, когда я ему немного надавил на затылок. Одним словом — помутнение.

— Хорошего Рождества товарищи. — Я помахал рукой остолбеневшим мирным посетителям данного ресторана. — Он был против Анджелы Дэвис и Нельсона Манделы. — Я кивнул на пол, где уже успел развалиться неприятный скандальный тип.

Небольшая встряска пошла на пользу и бармену, ведь он почему-то не спешил готовить мне чёрный кофе, а как только бугай упал и затих, то работа по кулинарной специальности буквально закипела в его руках.

— Товарищ, — обратился я к перепуганному работнику общепита и подозвал его поближе. — Я искать рашен разведчик полковник Исаев. У меня для него посылка от товарищей Иосифа Сталина и Лаврентия Берии. Деньги, оружие и героин для подрыва мировых устоев империализма. Зовут его если по-вашему — Гордон Дэвис. Он белокожий, среднего роста, сухощавый, наверное, не бритый и воняет от него давно нестиранной одеждой, где-то окопался здесь, прячется от ЦРУ.

Под ногами вдруг зашевелился этот неприятный тип, который обзывался. Поэтому я его приподнял и ещё раз познакомил с меню, лежащим на столешнице барной стойки, ткнув в небольшой листок уже разбитым лицом, чтоб освежить ранее полученные ушибы.

— Хороший парень, — усмехнулся я, когда здоровяк вновь упал и притих. — Крепкий какой. Другой бы на его месте ещё минут десять в себя приходил, а этот сразу встал. Надо бы его всё же принять в комсомол. Пиши адрес, мне ещё сегодня листовки раскидывать. И не вздумай позвонить в полицию, у коммунистов длинные руки. Кхе. Вот тебе тридцать баксов за кофе, хорошего Рождества.

Я шлёпнул на стол три зелёные бумажки с портретом Александра Гамильтона, первого министра финансов США и забрал себе маленький клочок бумажки с адресом Гордона Дэвиса, бывшего офицера ЦРУ.

* * *

Где-то минут через тридцать я уже стучал в дверь «неуловимого» цэрэушника, которого чикагская полиция безуспешно искала больше месяца.

— Входи грязная сучка! — Донесся из-за двери знакомый голос.

«Входи, так входи», — подумал я и влетел ураганом в жуткую комнатушку и, не давая опомниться окопавшемуся здесь Гордону, зарядил длинным боковым в подбородок. Однако надо отдать должное бывший цэрэушник успел среагировать, ушёл с линии таки и уже сам пробил с ноги в живот. От удара по моему великолепному прессу, чуть-чуть сбилось дыхание, и одновременно желание разорвать противника на части выросло многократно. Поэтому следующую серию прямых и боковых ударов я выбросил с невероятной скоростью. Гордон кое-что из этого смог заблокировать, но оказавшись прижатым спиной к стене, большую часть всё же поймал на лицо, которое за несколько секунд превратилось в один большой синяк.