— Гооол! — Вскрикнул фартовый Борис Александров.

А когда на табло вспыхнул новый победный для «Динамо» счёт — 4: 5 и пятёрка бело-голубых поехала на смену, Всеволод Бобров похлопал «Малыша» по плечу и сказал:

— Поездка в Усть-Каменогорск пока отменяется. Такой «джокер» нужен самому.

«Надолго ли? — хмыкнул про себя Борис Александров. — Сегодня ты герой дня и звезда, а завтра и не вспомнит никто. Ещё и добавят, что сдулся Борька и пора ему вешать коньки на гвоздь».

* * *

В четверг 9-го ноября на очередную игру регулярного чемпионата против «Филадельфии флаерз» мы прилетели всего за три часа до начала матча. Из-за нелётной погоды в Чикаго наша команда почти пять часов провела в домашнем аэропорту. При этом многие парни маялись головой, ведь накануне 8-го ноября на своём льду был разгромлен «Нью-Йорк Айлендерс» — 6: 1, поэтому они сочли нормальным отметить победу в ресторане. Лично я в ресторане не пил, но головные боли беспокоили и меня, правда, по совершенно другой причине.

Всё время ожидания рейса и полёта в самолёте я пытался проанализировать ситуацию, создавшуюся вокруг моей скромной персоны. Итак, что же получалось: в Союзе меня готовы были принять, если я не наговорю здесь в Штатах глупости, отыграю за сборную СССР на Кубке Мира и выиграю какой-нибудь приз, желательно Кубок Стэнли. С другой стороны океана товарищи из ЦРУ хотели, чтобы я принял американское гражданство, наговорил на СССР всякой пропагандисткой ерунды, и лишь тогда мне позволят проявить себя в полной красе в НХЛ. Иначе пиф-паф ой, ой, ой, умирает Тафгай мой. Но возможно, как сказала Лорен Харрис, обойдётся и без пиф-пафа. Моим делом занимается офицер ЦРУ Гордон Дэвис, он может поймать меня на хранении наркотиков, посадить за игру на тотализаторе, да мало ли что ещё можно сфабриковать. И крайний срок моего вразумления — это 30 января 1973 года, матч всех звёзд НХЛ. Скорее всего, до этой игры я уже не доеду, если не «поумнею».

И само собой, за два дня ничего умного в моей голове не родилось, кроме одного — я предложил Лорен тянуть время и вешать офицеру ЦРУ лапшу на уши. Дескать, я согласен, но надо ещё подумать, взвесить все за и против итак далее. А самой Лорен посоветовал переехать в Финляндию, в фермерское захолустье к шаману Волкову. Однако девушка заявила, что если уедет она, то на её место пришлют другую, либо Гордон завербует Лизу Савьер, и тогда будет ещё хуже. В общем, сегодня было не до хоккея.

Однако грустные и пораженческие мысли рассеялись, когда нашу команду на выходе из здания Международного аэропорта Филадельфии встретила толпа людей с транспарантами: «Чёрные ястребы — убирайтесь прочь!», «Смерть чёрным ястребам!», «Снимем скальп с чёрных ястребов!». И один из транспарантов предназначался персонально для меня, так как на нём русскими буквами было намазюкано: «Йа пи дуа раз!». Почему организаторы этого балагана при написании плаката не посоветовались с русскоговорящими филадельфийцами, лично я не понял. Наверное, как всегда произошла какая-то накладка. «Вот что значит слово „честного“ журналиста», — улыбнулся я, когда толпа хором заголосила: