— Молодцы мальчики, молодцы! — Встретил нас одобрительным похлопыванием тренер Рэй.

— Иван, — обратился ко мне тезка Болдырев, когда мы уселись на скамейку запасных, — давно хотел тебе сказать. В общем, мы с Джессикой решили съехаться. Мы же с тобой уже не студенты снимать домик на двоих.

— Я же вроде не храплю, — хохотнул я. — Ладно, она девушка серьезная, совет вам да морковь.

— Это по-русски значит, чтобы у жениха «погремуха» была как морковь? — Переспросил, заинтересовавшись незнакомой идиомой, словак Микита.

— Примерно, — кивнул я и тут же вскочил на ноги, как и вся команда, потому что бостонцы сравняли счёт.

На пятак ворвался Фил Эспозито и своему же родному младшему брату затолкал ответную шайбу, подтвердив старую хоккейную истину, что в игре ни друзей, ни родственников не бывает, есть лишь твоя команда и команда соперника, которые готовы растерзать друг друга за шайбы, очки и кубки.

Однако, две «барабанные палочки» — 1: 1 не долго провисели на табло. На десятой минуте, опять отличную комбинацию «заварил» в средней зоне наш капитан Стэн Микита, который после травмы обретал наилучшую форму. Он протащил шайбу по левому флангу атаки, и уже на автомате перед зоной гостей прострелил параллельно синей линии. А дальше пришёл черед мне включаться в прорыв к воротам Эдди Джонстона тридцатисемилетнему ветерану, который доиграет в НХЛ до сорока трёх преклонных лет.

Я прикрыл шайбу корпусом, получил от Бобби Орра чувствительный удар в бок, и тут же, пока меня не закопали в лёд, прострелил дальше на правый край. И накативший вдоль правого борта Болдырев вышел на изумительную позицию для броска. Но вместо того, чтобы тупо шлёпнуть в противоход голкиперу ветерану, наверное, из-за уважения к сединам, отдал ещё одну передачу на Стэна, который, наконец-то, тупо воткнул вторую шайбу в сетку ворот «Бостон Брюинз».

— Скооор! — Опять вскричали зрители на трибунах.

— Пижоны, — пробурчал я, поздравляя Болдырева и Микиту с заброшенной шайбой.

— Виданное ли дело, русскому не нравиться комбинационный русский хоккей, — хохотнул шутник Стэн Микита.

— Оканадился, — хмыкнул Иван Болдырев.

— Не люблю, когда играют на моих нервах, — рыкнул я. — Выехал, бросил, забил. Всё — отпуск.

* * *

К сожалению, игра на нервах продолжилась вплоть до конца матча. Первый период так и закончился со счётом — 2: 1, после вторых двадцати минут счёт стал — 4: 3, а в начале третьего периода мы повели — 5: 3, кстати, с моей передачи отличился Болдырев, но дальше силы нашу команду покинули. Скорости, на которых мы старались работать со стартового свистка, моментально упали. Билли Рэй отчаянно тасовал и пары защитников, и тройки нападения, но к 50-ой минуте «Брюинз» полностью завладели инициативой. На состоянии наших парней и меня в частности сказались вчерашняя тяжёлая игра и сегодняшний ночной перелёт. И когда на 55-ой минуте матча Бобби Орр шикарным щелчком от синей линии поразил верхний угол ворот нашего Тони Эспозито, сделав счёт — 5: 4, менеджер Томми Иваныч почувствовал, что «запахло жареным».