— Ну, хорошо. Вы отказали князю Куракину, потому что опасались этой Хранительницы, я правильно понял? Больше князь к вам не обращался?
— Он приезжал еще дважды, — тихо сказала Вера Павловна. — Снова предлагал деньги, даже угрожал. Я не знала, что делать. Хотела вернуть ему деньги, только чтобы он отстал от меня. А потом Куракин исчез. Перестал появляться.
— И как вы думаете — почему?
— Не знаю. Я не думала об этом, просто обрадовалась, и все.
— Так я вам скажу. Вряд ли князь оставил свою затею. Скорее, нашел себе другого помощника. Кого-то из этих двоих, чьи имена вы мне назвали.
— Ни один мастер снов не согласился бы на такое, — твердо сказала Вера Павловна. — Жизнь дороже.
— Почему вы так боитесь этой Хранительницы? — недоверчиво усмехнулся Зотов.
— Потому что за вмешательство в чужой сон она может разрушить дар. Отнять магию. Ведь нам тоже приходится спать.
— Вот оно что! — нетерпеливо оскалился Зотов. — Значит, кто-то решил, что за деньги можно рискнуть и нарушить запрет. Такое часто бывает, я вам скажу. Или сама Хранительница за что-то невзлюбила Куракина. Например, ей не понравились его сны, как бы дико это ни звучало. Такое могло случиться?
Вера Павловна молчала. Мне тоже было нечего сказать Никите Михайловичу. Я говорил с Хранительницей Снов, но трудно понять эмоции магического существа.
Зотов легко поднялся с табурета и прошел по крохотной кухне, стараясь не подходить близко к Волчку.
Волк пристально следил за ним.
— Вы поедете со мной, — сказал Зотов мастерице снов.
Глава 11
— Вы меня арестуете? — спросила мастерица снов.
— Совершенно верно, — кивнул Зотов. — Побудете пока в безопасном месте. Я подозреваю, что в смерти князя Куракина виновен кто-то из ваших коллег. Не хочу, чтобы он добрался до вас раньше, чем я доберусь до него. Но и с вас я тоже не снимаю подозрений. Похоже, пришло время как следует разобраться с вашей магией снов. Она слишком долго ускользала от моего внимания.
Волк переводил взгляд с Зотова на хозяйку, как будто понимал, о чем они говорят. Я заметил, что лапы зверя напряглись как пружины. Но и Зотов это увидел.
— Успокойте своего зверя, если хотите, чтобы он остался жив, — ровным голосом посоветовал Никита Михайлович мастерице снов.
Он еле сдерживался. Я понимал Зотова — он привык всегда быть хозяином положения. Ему по службе положено, чтобы его все боялись и слушали. А тут — дикий зверь.
— Волчок, сидеть, — тихо сказала хозяйка и погладила волка по голове.
Потом наклонилась к нему и обняла за мохнатую шею.
— Все будет хорошо, Волчок. Я скоро вернусь.