— Тогда ему придётся представиться.
Артур покачал головой:
— Гриша, мне не нравится этот заказ.
— Мне тоже.
— И всё равно полетишь.
— Именно поэтому.
Он хотел что-то сказать, но передумал. За полтора века общения Артур научился различать решение и приглашение к спору.
— Пакет будет через сорок минут.
— Через тридцать.
— Тридцать пять.
— Договорились.
— И ещё одно, — сказал Артур.
Дожидаюсь продолжения фразы.
— Будь осторожен.
— Сегодня уже второй человек просит меня не умирать. Вы что-то знаете?
— Только статистику…
Глава 2 Доводы
Связь оборвалась. Голограмма исчезла, оставив над столом пустой воздух.
— Вероятность ловушки? — спросил я у нейро-помощника.
Архивариус ответил после раздумья:
— В зависимости от определения ловушки — от шестидесяти двух до восьмидесяти восьми процентов.
— Возьмём нижнюю границу.
— Это не изменит действительность.
— Зато улучшит настроение.
Я приблизил изображение Змея.
Архивариус выделил светящийся орган, предполагаемые нервные узлы и участки кристаллической кожи. Большая часть схемы была построена по аналогии с тремя родственными видами.
Аналогия могла помочь. Или убить цель.
— Что у нас по дозировке?
— Недостаточно данных. Предполагаемый обмен веществ зависит от температуры кварцевой среды. Разброс эффективной дозы «Сон-травы» превышает четыреста процентов.
— Нейропарализатор?
— Риск необратимого повреждения лазерного органа.
— Электрошок?
— Кристаллическая структура может распределить заряд по всему телу.
— Значит, сначала образец.
— Потребуется приблизиться.
— Я и так это понял.
Главный риск любого идеального трофея заключался в том, что сначала его приходилось встретить живым.
Значит, в Оружейную.
Дверь узнала нейросигнатуру и открылась. Здесь пахло металлом и смазкой. Ни цветов, ни старых фотографий. Только то, что работало или ожидало ремонта. Так было проще.
«Телескоп-М» висел на магнитном креплении в базовой конфигурации. Тёмный корпус длиной чуть больше предплечья, плоская рукоять, закрытый порт модулей. Семейству оружия было больше полутора веков. Эту конкретную сборку я закончил сорок лет назад и с тех пор заменил в ней почти всё, кроме несущей рамы и трёх царапин на левой стороне.
Кхам утверждал, что после такого ремонта винтовка становится другой.
Я утверждал, что после его ранений к нему можно применить ту же логику.
Спор пока оставался открытым.
Сняв оружие, положил его на верстак.
Астероид недостаточно массивный, чтобы иметь газовую оболочку, либо она минимальна. В центральных кавернах возможны газовые карманы, но их состав неизвестен.
Значит, атмосферный ионизатор оставался дома. В вакууме создавать плазменный канал было не из чего. Можно выпустить рабочее облако перед выстрелом, но тогда цель, конкуренты и половина датчиков в секторе узнают, где я нахожусь.