Из его зубастой пасти вырывался скрежещущий, наполненный религиозным экстазом вой о «Великой жатве» и «воле Новых владык». Существо, которое ранее олицетворяло собой холодный расчёт, находилось в состоянии абсолютного панического ужаса.

Я задумчиво хмыкнул и направился в соседнюю, пустую камеру.

Там на деревянных нарах я разложил части Доспеха Ньёрва. Матово-черный металл тускло поблескивал в неровном свете светильника из коридора.

В глубине сплава едва угадывались багровые нити дремлющей магии.

Арктеррион предупреждал. Фомир не опроверг, да я и сам чувствовал. Доспех способен пожрать волю носителя. Он обеспечивает контроль над мёртвыми, но сам жаждет доминировать над живым разумом.

И тут начинается чистой воды риск.

Без этой силы я не выиграю начавшуюся войну. Мне нужен был инструмент управления хаосом.

Я достал из ранца гранату, обычную, каких, в сущности, немного, гранату из загутай-камня. Я взял из сумки кусок ткани, замотал и занялся тем, чтобы прилаживать её в шее. За чем, собственно, меня и застали Шпренгер и Фомир.

— Не постесняюсь спросить, босс Рос… Прости за невольную рифму. А какого хрена ты делаешь?

— Я буду надевать доспех.

— Может быть, провести тесты, исследования?

— Некогда, — отмахнулся я. — Времени нет. Война идёт, война не ждёт.

— Ладно, а граната зачем?

— Да всё просто. Если я потеряю контроль, — мой голос звучал ровно и холодно, — ты меня останови. Вплоть до активации гранаты. Без колебаний.

Фомир от ужаса расширил глаза, а Шпренгер лишь коротко кивнул. Вот это у него характер!

Я взял со стола наручи. Металл обжёг кожу могильным холодом. Я стал нацеплять металл на предплечья.

Затем поднял массивную кирасу. Форма не по фигуре, покойный был явно ниже меня ростом.

Наручи, шлем, кираса, наплечники.

Наплечники, кстати, хорошо легли.

Стал затягивать ремешки, одни за другим. Я закрепил угловатые наплечники с короткими шипами. Граната на шее мешала носить кирасу, ну да ладно, я же не в бой иду, только попользовать как артефакт. Мегаартефакт.

Я использовал свой обычный подшлемник-шапочку.

Последним на столе оставался закрытый шлем с узкой Т-образной прорезью для глаз. Я поднял его обеими руками. Почувствовал вес тысячелетий. Ощущение, что держу над головой надгробную плиту весом в добрые десять тонн.

Я надел шлем.

В момент, когда шлем лёг на голову, доспех сам собой активировался. Пространство дрогнуло. Это не было вспышкой боли, а скорее подключение к новому серверу. Молниеносное, радикальное расширение восприятия реальности.

Мир окрасился в серые и багровые тона. Я почувствовал сеть некротических узлов. Я ощутил каждую мёртвую кость на городском кладбище, каждую тень в катакомбах. Я видел их не глазами, а напрямую, через энергетическую архитектуру мира.