— Мальчики! — от пронзительного крика Веры Михаил невольно вздрогнул и схватился за пистолет, Антон тоже приготовился встретить невидимую опасность во всеоружии, но всё оказалось намного прозаичней. — Виктор, Саша, Антон, помогите нам перетаскать вещи в машину!

— Тьфу! — сплюнул Михаил, расслабляясь. — Ты Вере скажи, чтобы больше так гхм-гхм, не кричала, я чуть не обделался.

— Скажу, — покладисто согласился Антон, закидывая на плечо сумку, набитую «дарами» охотничьего магазина, — Но если что, Палыч, магазин нижнего белья на первом этаже.

Через тридцать минут мешки с «добычей» с посильной мужской помощью перекочевали в заднюю часть кунга.

Устав от «шопинга», Михаил вышел на улицу.

— Ляпота-то… тьфу! — в сердцах сплюнул он, хотя сам с собой не поспоришь, день на загляденье солнечный и безветренный, но вот пугающая пустота мертвого города убивала всю радость от весны.

Старательно загоняя негативные мысли куда подальше и периодически бросая взгляды на снующих туда-сюда пацанов, Михаил блаженно щурился на яркое солнышко. Вышедшую из магазина и подошедшую к отцу дочку, он крепко прижал к себе спиной и держал так, не отпуская.

— Пап, смотри, там котик!

— Какой котик? — не сразу сообразил Михаил.

— Да вон же, на втором этаже, в окно бьётся!

Михаил проследил взглядом за пальцем дочери. Действительно, в панельной хрущёвке, торец которой смотрел на заезд на территорию торгового центра, здоровенный полосатый кот с длинной свалявшейся шерстью всеми силами пытался телепортироваться через двойной стеклопакет угловой, как помнил Михаил планировку хрущёвок, двухкомнатной квартиры на втором этаже. Хвостатый и усатый беззвучно открывал пасть, не ведая, что его истошные вопли надёжно отсекаются окном, вставал на задние лапы, колотя и скребя передними по неподатливому стеклу. Поймав взгляд Михаила, котяра удвоил усилия, но тщетно. Препятствие не сдавалось. Через минуту хвостатый сдался, распластавшись на подоконнике бесформенной меховой кучкой, от уголков жёлтых глазищ кота вниз по морде потянулись мокрые дорожки слёз, чётко видимые с улицы.

— Па-а-ап… — всхлипнув, Лиза судорожно вцепилась в руку отца.

— Отойди, доня, — хрипло выдавил Михаил через перехваченное спазмом горло. — Вот же… твою мать!

— Па-а-ап

— Отойди, Лиза! — подобрав с земли половину расколовшейся тротуарной плитки, Михаил выхватил из кобуры пистолет и выстрелил в левую створку окна. Отправив оружие обратно, он мощным броском кинул плитку вслед. Пробитые пулей стёкла не выдержали издевательств и посыпались вниз. В неподвижной створке образовалась широкая дыра. Отряхнувшись, котяра вылез на откос и с утробным рёвом спрыгнул на руки подошедшего к дому мужчины. Жалобно завывая на все лады, он намертво четырьмя лапами вцепился в человека, прижимаясь к нему всем телом.